Низвергнутый: кланы высшей школы (СИ)

 — Я не верю…

— Но это правда. Мне что, надо подтвердить свои слова семейной присягой, сестра?

Вот это поворот. Я покосился на Ватанабэ, он даже бровью не повёл. Всё знал заранее.

— Я… я верю тебе, Юи.

Она устало положила папку на стол — и зыркнула на меня.

Я подкинул силиконовую чашечку и поймал её на лету.

— Полагаю, я ответил на все ваши небольшие вопросы. И могу идти.

— Ступайте. Ширасаги, проводи их.

Возражений не было. Мы вышли из кабинета, а в коридоре как ни в чем ни бывало сидели твое из банды Ураты. Ждали результата, видимо.

Ширасаги тронула меня за локоть, заставив обернуться.

— Иди, но только посмей нарушить правила, наказание будет суровым. Я слежу за тобой, Ямада.

Шлепком по ладони она выбила из моей руки подкладку и, ловко её поймав, сунула в карман юбки.

— Это и к вам относится, ясно?

Второгодки энергично покивали, а мы со старостой поспешили уйти подальше. Хватит с меня этих разборок на сегодня.

Едва Ширасаги вышла из кабинета, Ватанабэ обернулся к второй двери. Внутрь вошел седой мужчина в костюме.

— Господин Эндо, — кивнул глава. — Вы увидели всё, что хотели?

— Не совсем. Но этот парень непрост. Передай Ширасаги, чтобы внимательно за ним следила.

— Он опасен для школы?

— Не думаю. Всё же он неодарённый, и любой мало-мальски сильный эспер остановит его без особого труда. Но что-то с ним не так. Понять бы, что.

— Может мне заняться им лично?

— Не стоит, Ванабэ, — улыбнулся он. — У тебя достаточно занятий с Студсоветом и соседними школами, чтобы распыляться по мелочам. Как идёт подготовка к летнему турниру?

— Основные группировки активно готовятся. Думаю, в этом году мы выставим больше людей, чем в прошлом, и вернём себе первенство.

— Работайте, Ватанабэ, — кивнул он. — До перемирия ещё есть время. Ребята должны быть готовы.

Господин Эндо вытащил из внутреннего кармана пачку сигарет, покрутил одну между пальцев — и хохотнул.

— Нет, ну каков наглец! Так ткнуть носом нашу Ширасаги!

Мы с Могами шли в столовую, я и не заметил, как просидел у кабинета два урока. И оголодал до безумия.

— Угу. Только не родная, а двоюродная, — негромко пояснила она. — Её семьи не стало, когда ей было всего пять. Отец забрал Рикку, теперь она живёт в нашем доме, — она улыбнулась. — Можно сказать, мы росли вместе.

— Представляю, какие драки вы устраиваете дома.

— Вообще-то мы хорошо ладим… Ладили раньше, пока я не переехала в школьное общежитие. Она тоже хотела, но не получилось.

В этом её "не получилось" прям сквозило "ей не дали".

— Угу. Он у нас строгий, а Рикка его очень уважает. С самого детства он воспитывал нас одинаково, как родных сестёр. Но Рикка все равно чувствовала себя чужой, и старалась во всем ему угодить, как могла.