Низвергнутый: кланы высшей школы (СИ)

Ты согласен?

Натянув лёгкую улыбку, он посмотрел на меня. О, это невозмутимое лицо! Но я-то знаю, хваткий глава клана сейчас взвешивал в голове все риски, "за" и "против". Он понял всю серьёзность нашего договора. Каждое слово сейчас будет стоить ему ста миллионов, не считая недвижимости. И пусть для клана Могами это не великие деньги, такие сделки сгоряча не заключаются.

— Давай проговорим ещё раз, — наконец, кивнул он. — Я получаю от тебя гарантию того, что ты не будешь мешать моим отношениям с Юмэми Ямадой и сам обязуешься не переступать черту дружеских отношений с моей дочерью Юи. При этом я плачу тебе отступные сто миллионов йен и два актива на твой выбор, но суммарной стоимостью не больше трёхсот миллионов.

— При этом наш договор не касается личного выбора наших женщин, — добавил я. — Если Юмэми решит встречаться с тобой, я не стану ей мешать. А если не с тобой — ты не станешь мешать ей. И ты не станешь мешать Юи, если она сама решит встречаться с кем-либо.

— Если моя дочь предложит тебе встречаться, ты ей откажешь, — настоял он. — Только так. Друзья и не больше.

— Что ж, согласен. Наш договор не касается их личного выбора, верно?

— Верно, — кивнул он. — По рукам?

Я протянул ему руку. Сильная, мозолистая ладонь сжала мою так, что я чуть не скривился от боли, но выдержал, не дрогнув и мускулом. Наши взгляды встретились.

— Готовься называть меня "отец", Ямада, — улыбнулся он. — Отступать от Юмэми я не намерен. А я всегда добиваюсь своего.

— Время покажет, Могами Рюэн, — ухмыльнулся я. — Жду своих денег на этой неделе.

— Наш казначей свяжется с тобой. Мне пора, — он взглянул на часы и поднялся. — Не забудь наш уговор, Ямада.

Он вышел — и через несколько секунд в палату вошла Юмэми, растерянно хлопая глазами, и с полным подносом еды.

— Господин Могами уже уходит?

— Сказал, у него дела, — я пожал плечами, косясь на поднос. — Знаешь, а ты права, я жутко голодный. Покормишь меня?

Я убедительно посмотрел на свои забинтованные руки. Юмэми с готовностью кивнула и, подвинув подкатной столик, устроилась на краю моей кушетки с тарелкой исходящей паром рисовой каши.

— Как ты себя чувствуешь, родной? — её глаза были двумя омутами беспокойства. По измождённому лицу было видно, она покоя себе не находила. Осунулась, воспалённые глаза покраснели от слёз. Наверняка снова пропадала на работе и брала сверхурочные, чтобы оплатить счета за лечение непутевого сына.

— Когда ты пришла, стало лучше, — я коснулся её пальцев. — Мне не хватало тебя. Пообещай, что больше не будешь так переживать.

— Рэйджи… — её глаза заблестели от подступивших слёз, Юмэми осторожно коснулась моей щеки и погладила её. Я закрыл глаза.

Энергия мощным потоком вливалась в сфирот, наконец-то заполняя зияющую пустоту.