Низвергнутый 2: кланы высшей школы (СИ)

Да и зачем, кафе-бар стоял напротив нашего с Юмэми жилища через дорогу, и формально после раздела наследия Кога теперь я был его владельцем. То, что я решил проверить его сейчас, было случайностью. Говоря начистоту, пошел я сюда не от хорошей жизни.

Натянув улыбку, я вздохнул.

— Ну да, ну да, — фыркнул в седые усы бармен.

Перед тем, как подписать документы на собственность, я изучил эту кафешку, и её хозяев тоже. Деда звали Нобуро, он работал здесь уже двадцать с лишним лет, пиво варил сам, чем и прославился на всю округу. А девчонка-официантка была его внучкой, которую он с боем оторвал от семьи в глубинке, чтобы та повидала настоящую жизнь. Ловкая и быстроглазая девчонка в свои шестнадцать уже зарабатывала деньги и помогала деду вести дела. Правда, оба были неодаренными.

Знал я и сумму, которую каждый месяц с них сдирали люди Кога. Почти семьдесят процентов прибыли. Порой хозяин экономил на одежде из-за этого, а когда не хватало на очередной сбор, приходилось лезть в долги. Он еле сводил концы с концами.

— Вот дерьмо, — тихо вздохнул я. — Лучше налей, я вообще-то новый владелец твоей забегаловки.

— А документы на собственность где? — ухмыльнулся дед, отложив кружку. — Дай угадаю, тоже дома забыл?

— Кончай ломаться, Нобуро, — я решил зайти с козырей. — Ты же не хочешь, чтобы Сачи вернулась в деревню из-за твоих низких выручек? Я заплачу сколько скажешь.

Дед метнул в меня удивлённый взгляд, а потом нахмурил кустистые брови.

— Всё равно не налью, — проворчал он. — Если так хочется, пей кофе.

Спорить дальше настроения не было. Я махнул рукой, а дед зычно крикнул.

— Сачи! Налей гостю фирменный капучино!

— Сейчас! — откликнулась девчонка и, закончив с заказом, побежала за стойку. Краем глаза следя, как девушка ловко управляется с кофе-машиной, я задумался.

Вчерашним утром я мог считать себя победителем, когда положил на стол перед куратором Эндо телефон с записью откровения Куроками и флешку, добытую Хаясэ. Ему хватило получаса изучить материалы, после чего он снял с меня все обвинения. Затем были официальные извинения Студсовета, заявление Комитета по школьному радио и полное восстановление моей репутации. По крайней мере, формально претензий у школы ко мне не было. Виновником признали вице-президента Куроками.

Что касается ребят в классе, заявление Комитета было для них сродни удару грома. Кто-то даже извинялся, одобрительно хлопал по плечу, пытался улыбаться. А мы с Хаясэ клевали носами и пялились друг на друга — радоваться победе не было сил, слишком хотелось спать.

Сразу после боя семья Ширасаги увезла её в поместье. Могами не доверяли больницам, наверняка девушкой занялись клановые лекари, а эти в два счета поставят её на ноги. Что касается старосты, она меня избегала.