Нижний уровень

На этом разговор и закончили.

На летном поле, у старого здания терминала, стоял небольшой изящный одномоторный винтовой самолет, белый с темно-синими полосами, с надписью «Матрикс» на носу. Подъемная дверь в середине фюзеляжа была поднята, нижняя ее половинка со ступеньками свисала до бетона. Один из пилотов, худощавый, жилистый, очень молодой парень, запустил нас внутрь, сказал: «Присаживайтесь», после чего закрыл дверь и сам полез вперед, туда, где за приборной панелью сидел еще один пилот, очень светлый блондин с редеющими на затылке волосами.

Самолет выглядел маленьким, но в салоне оказалось на удивление просторно, как в хорошем лимузине. Удобные сиденья, обтянутые светлой мягкой кожей, откидные столики, даже розетки для лэптопов. Бизнес-класс, в общем. Ноги тоже было куда вытянуть, тут в свободном пространстве и вовсе можно было улечься.

Священник уселся рядом, улыбнулся вежливо, затем достал из бокового кармана черной спортивной сумки книгу в мягкой обложке и сразу углубился в чтение. А я вытащил свой лэптоп и запустил его.

Пилот с кем-то переговаривался по радио, потом заработал двигатель, и вскоре самолет порулил по дорожкам к месту старта. Опять переговоры, в которые я не вслушивался, затем быстрый разбег, отрыв от полосы, взлет.

В иллюминаторе было видно, как уходит вниз земля, где-то далеко, на самом горизонте, занимался рассвет, и чем выше мы поднимались, тем ярче он становился, тем краснее и светлее было небо.

После разворота машина легла на курс, звук двигателя сменился на чуть более тихий и ровный, пилоты о чем-то негромко болтали, посмеиваясь, отец О'Мэлли погрузился в чтение. Надо бы поговорить, но как-то отвлекать его неохота. И не знаю, с чего разговор начать, Акосте следовало быть чуть более конкретным.

Поэтому я нашел в компьютере файл, который переслал мне Витёк и до которого у меня до сих пор не дошли руки, — подборку материалов по детям-убийцам.

Начал он с копированного откуда-то доклада какого-то эксперта из ФБР, который показал, что дети на самом деле при соответствующих обстоятельствах куда легче идут на убийство, чем взрослые. И зачастую с куда большей жестокостью. Процент же немотивированных убийств, когда преступники подчас и сами не знают, зачем это сделали, у детей составляет чуть ли не большинство. Любопытство, неумение оценить последствия, полная неспособность к сопереживанию — это как раз о них.

Опять же, «стайность». Группа подростков, забивающая до смерти совершенно случайную жертву, — стандарт своего рода. С появлением возможности выкладывать видео в Интернет появились малолетние «серийники».

Но были и другие примеры: дети убивали обдуманно, спланированно — и просто так.