Нить на запястье

– Хорошo, спасибо, Дима, – шепотом поблагодарила она, поняв, что засыпает.

Охранник ее больше не дергал, дав подремать. И, как и обычно, провел до самой квартиры. Сам все открыл и проверил перед тем, как впустить Машу. После чего, забрав документы и ключи, пошел за машинoй. А вот пальто как-то позабылось и осталось у нее. Мария решила, что отдаст, когда Дмитрий вернется с машиной. И пошла пить лекарство, набирая Алену, чтобы в очередной раз отчитаться о состоянии.

Ее разбудил звук дверного звонка.

Маше понадобилось немало времени, чтобы понять и осознать, что же это именно за звук. А ещё разобраться, отчего в комнате настолько темно. Вроде не так давно Алена забегала , осматривала ее, еще светло же было… Глянула на часы – начало двенадцатого ночи. Однако, очень поздно. Кто пришел? И не уходит, трезвонит.

Она побрела к двери, про себя беззлобно ворча на препараты, которые доводили до такого состояния, с весьма смутным воспоминанием о том, что Дима должен отдать ей документы и ключи. И очень тяжело было проследить мысль, отчего приехал только сейчас? Наверное, совсем не было возможности заехать раньше.

Но на пороге стоял совсем не Дмитрий. И, к счастью, даже не ее братья.

– И кто Вам у меня спать мешал, Мария? - Олег переступил порог, едва Маша двери распахнула."

"Но дальше не двинулся. Без пальто, хотя у него точно еще имелись. Только в костюме, и галстука нет, ворот расстегнут. Потеплело на улице? Она сомневалась. А вoт то, что он устал и измучен дико – видела прекрасно. Что тоже было странно, Горбатенко и ей редко подобное позволял увидеть.

Она даже растерялась немного. А Олег положил на комод ключи и техпаспорт от ее машины. Рядом с вазой, в которой цветы,им же подаpенные, стояли. Туда же поставил еще какой-то пакет.

— Не хотела мешать, Олег, - немного вредно и из принципа. Но сам ей вчера повод дал. Пусть сам и запретит, если не по душе что-то.

Он глянул прямо после этих слов. Усмехнулся, словно понял ее мысли. Но не одернул.

А Маша откашлялась, вдруг поняв, что пропустила последний прием препаратов. Алена говорила в девять вечера принять лекарства, а она проспала. Кажется, снова температура. Οбхватила себя руками.

– А кому ты там мешала? - с иронией хмыкнул он, растерев лицо, cловно пытался согнать эту усталость.

– Вот и я о том, – улыбнулась вяло, намекая на его пустoй дом и, вообще, всю странность и неопределенность ситуации. - Заходи, - предложила, махнув рукой в сторону гостиной.

Но Олег покачал головой.

– Не стоит, душа моя, чревато…

– Чревато стоять здесь, я могу и упасть, - хрипло рассмеялась она, понимая, что сама покачивается.

Олег же, заметив это, ругнулся и обхватил ее руками. Притянул к себе.

– Ты до чего себя доводишь, Маша? Чем думаешь? – начал возмущенно ее ругать.

Ну и пусть, нравится человеку – на здоровье.