Алая нить

Уже наступили сумерки, а я все еще слышу несмолкаемый стук молотков, поскольку вовсю идет строительство повозок, раздается мычание волов и ржание лошадей. Невозможно даже на мгновение сомкнуть веки на этом перевалочном пункте.

Джеймс оставил детей со мной, а сам решил пошататься по городу, чтобы почуять, что собственно происходит, как он выразился. Я достаточно хорошо чую, что происходит вокруг, сидя здесь и наблюдая. Большинство людей, болтающихся тут, такие же ненормальные, как и он. Мужчины уж точно. Не видела ни одной счастливой женщины, с тех пор как сошла на берег.

Весь день Джеймс и мужчины, расположившиеся неподалеку от нас со своими женами и детьми, обсуждали вопрос о том, кого правильнее купить, мулов или волов. Он вернулся, выложил все, что узнал, и затем спросил: «Как ты думаешь, Мэри Кэтрин?»

Ему бы не понравилось, узнай он, что я думаю.

Он сказал: «Когда-нибудь ты должна заговорить со мной».

Не в этой жизни. Нет.

Сегодня Джеймс купил четыре упряжки волов по 25 долларов за голову! Животина хорошая, крепкая и спокойная, но не стоит заплаченных за нее денег. Ему нужно было лучше торговаться. Джеймс сказал, что в следующий раз он пошлет меня. Он сказал, что если дела в пути пойдут плохо, то мы сможем их съесть. Хотелось бы знать, как он собирается это сделать, если Бет уже полюбила этих бессловесных тварей.

Я познакомилась сегодня с Нелли Дуэйн. Она и ее муж Уэллс расположились лагерем рядом с нами. Она в то же время, что и я, ходила на ручей стирать. Я не единственная, кто обливается слезами из-за поездки в Орегон. Мы поплакали вместе, а потом немного посмеялись. У обеих появились расчудесные идеи, что сотворить с нашими мужьями. Она сказала, что нам придется справиться с тем, что нас ожидает. У нее трое детей, которые ждут не дождутся, когда отправятся в путь. Джошуа и ее сын Харлан уже сдружились, водой не разольешь.

Разные люди собираются вокруг нас. Взять хотя бы Верджила Буна. Он бондарь из Пенсильвании. Ему самое меньшее сорок. А еще судья Скиннер со своей женой. Он вроде постарше. Сорок три, говорит. Он решил, что в Орегоне будут нужны закон и порядок. Его жена не очень-то дружелюбна, так что имени ее я не знаю. Зато Ракелу Бакею из Кентукки всего пятнадцать. Я спросила его, что думает мать о его переезде в Орегон, и он ответил, что его мать дала добро на поиски лучшей жизни на Западе. Не могу представить себе мать, которая советует сыну уехать, зная, что никогда его больше не увидит. Должно быть, эта женщина — крепкий орешек.

Почти весь день шел дождь, и вся наша одежда отсырела. Настроение у меня самое скверное. Мне придется тащиться по вязкой жиже, чтобы добраться до рыночной площади. Джеймс сказал, на этот раз я должна вести все денежные расчеты, иначе у него не хватит денег на дорогу.