Нищенка в элитной академии (СИ)

– Сын, – укоризненно покачал головой родитель, – неважно, какие гнусные вещи делала эта женщина и, судя по всему, ее дочь, не стоит опускаться до их уровня. Будь выше этого, умей держать себя в руках. Тем более сейчас, когда ты научился принимать образ пламени, тебе необходимо контролировать свои эмоции.

Соглашаясь со сказанным, я смиренно замер, пытаясь унять бушующую магию под кожей.

Наш экипаж проехал мимо разросшихся кустарников, забывших руки садовника, останавливаясь возле крыльца, ступени которого находились в стадии осыпания. Слуга ковылял позади, и пока мы его ждали, я принялся осматриваться по сторонам…

Фасад дома был ободран, местами виднелись пятна плесени и глиняные ""заплатки"", которыми заделывали дыры в разрушенной стене. Оконные рамы и стекла выглядели так, словно их не мыли лет пять. Газон зарос сорняком, а на деревьях наблюдались сухие ветки, угрожающе раскачиваясь из стороны в сторону…

«Дом ужасов какой-то… – мысленно передернулся от омерзения. – И как только Элис здесь жила?»

– Я разбужу госпожу, – поклонился подошедший мужчина. – Входите, пожалуйста. Гостиная полностью в вашем распоряжении.

Он хотел сказать что-то еще, но передумал, удаляясь по коридору.

Разглядывая потертые, местами оторванные обои, застиранные шторы и выцветшую мебель возникло желание покинуть это место как можно скорее.

«Элис… Ты не вернешься сюда! Тебе не место в этом гадюшнике!»

Отец сохранял непроницаемое выражение лица, и даже когда прошло почти полчаса нашего ожидания, он так и продолжал молчаливо стоять возле окна, разглядывая запущенный во всех смыслах слова сад.

Меня подмывало возмутиться невежеством баронессы, но я сохранял тишину, следуя совету отца.

– Прошу простить за столь длительное ожидание, ваша светлость! – донеслось взволнованное от межкомнатных дверей.

Я сместил недобрый взгляд, едва заметно поворачивая голову и наблюдая тетку Элис… Волосы наспех завязаны в пучок, на дряблой щеке отпечаток подушки, лицо размалевано так, словно она главная достопримечательность комнаты страха, зато наряжена далеко в не дешевое платье и на каждый палец нанизан перстень. Уши, как и шея, тоже не остались без внимания дорогостоящих побрякушек, купленных на деньги моей Элис, доставшиеся ей от родителей…

«Вот же… – стиснул я зубы, с первых мгновений презирая стоявшую передо мной баронессу. – Что? Хотела предстать во всей красе? Так знай же, ты то еще пугало!»

– Прошу простить, что мы без предупреждения, – склонил голову отец.

Всегда поражался его стойкости и хладнокровию. Он в любой ситуации умел держать лицо, и мне следовало научиться тому же.

– Ну что вы, – отмахнулась баронесса, быстро моргая.

«Нервничаешь? – смотрел на нее не отрываясь.