Моя Нирвана

— Я ненавижу тебя, — шепчу ей со всем чувством, каким могу, и падаю спиной на дверь, потому что силы совсем иссякли.

Это все из-за нее. Если бы не она, я бы никогда не узнал то, что не хочу знать.

Бестия улыбается еще шире. Медленно тянется к моему лицу и накрывает ладонью щеку. Я тут же откидываю голову назад, подальше от ее обжигающего прикосновения.

— Не смей меня трогать, — хриплю.

— Почему? — широко распахивает глаза. — Теперь ведь можно. Наконец-то.

Если бы у меня были силы, клянусь, я бы приложил ее лицом о стену, чтобы стереть это радостное выражение. Но я уже не держусь на ногах, поэтому просто опускаю дверную ручку и вываливаюсь в подъезд.

Не знаю, каким чудом мне удается спуститься по лестнице. Дождь и ветер усилились, и сейчас на улице практически ураган. Я делаю шаг по направлению к машине, но тут же торможу, глядя на «Хонду».

Эту машину они подарили мне на совершеннолетие.

Достаю из кармана джинс ключи и вышвыриваю их на дорогу, а затем ковыляю к проезжей части и начинаю голосовать. Сильнейшие порывы ветра сносят меня с ног, и, чтобы не упасть, мне приходится облокотиться на чей-то автомобиль.

Возле меня наконец-то тормозят разбитые «Жигули». Пассажирская дверь открывается, и я вижу через нее водителя кавказской национальности.

— На Ленинскую Слободу отвезешь? — пытаюсь своим севшим и хриплым голосом перекричать свистящий ветер.

— Садись, — басит водитель.

Я забираюсь в салон и, стуча зубами, пытаюсь согреться. В машине воняет перегаром и дешевыми сигаретами. Вдруг резко хочу курить. Нащупываю в кармане джинс пачку, пытаюсь вытащить ее, но не получается, потому что бумажная упаковка с никотиновыми палочками внутри промокла насквозь и крошится прямо в руках.

— Возьми, — водитель протягивает мне пачку «Примы».

Боже, они еще существуют?"

"Но мне сейчас не выбирать, поэтому трясущимися пальцами я достаю папиросу и пытаюсь поджечь ее спичкой. Получается только с третьего раза. Первая же затяжка оборачивается приступом неконтролируемого кашля, но я продолжаю втягивать в себя никотин. Хочу, чтобы он меня убил. Жаль, что это произойдет только лет через 30 непрерывного курения, а не сейчас.

Через 15 минут быстрой езды под хлещущий ливень водитель высаживает меня у моего клуба. Остался последний рывок. Держась рукой за стену, я кое-как добираюсь до своего кабинета и валюсь на диван, мечтая больше никогда не открывать глаза.

Глава 39. Пули

Я просыпаюсь от того, что нахожусь в воде. Вот только ощущение не приятной прохлады, которое испытываешь, когда плаваешь в озере в летнюю жару, а противной сырости, которая раздражает кожу. Поднять веки получается только со стоном.

— Миша, ты как? — доносится знакомый женский голос, и чья-то рука тут же опускается мне на лоб. — Не горячий.