Всё о Ниро Вульфе. Том 3

Раймонд Делл пошел в другой конец холла, где в дверях стояла девушка. Когда Хетти последовала за ним, я от нее не отстал и очутился на кухне. На большом столе стояла тарелка с апельсинами и, когда я вошел, Делл уже чистил один.

— Это мисс Кирк, а это мистер Гудвин, — сказала Хетти.

Марта кивнула мне и обратилась к Хетти

— Ты не знаешь, где Темми? Ей два раза звонили. Мужчина. Свое имя он не назвал.

Хетти ответила, что понятия не имеет. Делл поднял глаза от своего апельсина.

— Вы штатский, мистер Гудвин?

Умный вопрос, потому что мой ответ сразу скажет ему, достаточно ли я искушен в шоу-бизнесе, чтобы знать, что на жаргоне людей театра все, не имеющие к нему отношения, называются штатскими. В разговор вмешалась Хетти.

— Мистер Гудвин будет писать статью обо мне и моем доме, поэтому он здесь. Мы все станем знаменитыми. Он поместит нашу фотографию вместе с фото Кэрол Джаспер. Ты знаешь, она жила здесь год назад.

— Для какой газеты? — Раймонд Делл сверлил меня своими глубоко посаженными глазами серо-голубого цвета. — С Кэрол Джаспер я не буду фотографироваться ни за какие деньги.

— Идемте, мистер Гудвин. Он хотел бы осмотреть дом. Надеюсь, кровати убраны.

Я сказал, что поговорю с ним позднее и последовал за Хетти.

— Ну, хорошо я придумала? — тихо спросила она.

— Да. Звучало очень убедительно.

Она остановилась у двери, открыла ее и вошла. Жалюзи были опущены и в комнате царил полумрак. Она включила свет — старомодную хрустальную люстру, и я огляделся. Темно-красная плюшевая софа, кресло, камин с мраморной доской, поблекший ковер, справа у стены рояль, за ним книжный шкаф.

— Здесь, — сказала Хетти. — Я нашла их внизу.

Я сделал шаг вперед, посмотрел влево и застыл. За софой на спине лежала Темми Бекстер, устремив взгляд в потолок.

Я оглянулся. Прямо за моей спиной стояла Хетти и глядела на мертвую. Ее деловое замечание вывело меня из оцепенения. Я опустился на колени возле тела, схватил руку Темми и сильно нажал на ноготь. Он остался белым. Я выпустил руку, поднялся и посмотрел на часы: двенадцать минут первого.

— Теперь вам придется говорить с полицией, — произнес я. — Это ваш дом, но если хотите, могу позвонить я.

Она подошла к креслу и села.

— Вот всегда так. Когда что-то случается, я не могу по-настоящему думать. У меня в голове все переворачивается. Вам ничего не приходит другого в голову, как только позвонить в полицию?

— Боюсь, что нет, Хетти.

Я и не знал, что она стала для меня Хетти, пока это имя не вырвалось у меня.

— Но сначала я хочу спросить вас кое о чем, потом у нас, вероятно, не будет времени. Когда вы пришли домой, чтобы пришить пуговицу, вы видели Темми?

— Или еще кого-нибудь?

— Вы видели шофера той машины?

— Нет, он подъехал сзади.