Всё о Ниро Вульфе. Том 3

– К чему спрашивать, если я лгун? Разумеется, я собираюсь вас похитить. Захватить, как мы это называем.

Ей потребовалось секунды четыре, чтобы принять решение.

– Хорошо, идемте, – выпалила она и направилась к двери.

Она задержалась, чтобы переговорить с шофером, стоявшим около черного «линкольна», потом последовала за мной до угла.

Дальше я принял все обычные меры предосторожности, в частности прошел квартал, прежде чем взять такси. Потом посадил ее на углу. Заставил таксиста петлять, пока не удостоверился, что за нами нет «хвоста», а после высадить нас на Мэдисон-авеню, в районе Семидесятых.

Когда первое такси скрылось из виду, я поймал второе, велел ехать на угол Восемьдесят второй и Амстердам-авеню, а по прибытии туда – проползти еще квартал по направлению к площади Колумба. На Колумба, убедившись, что полиции нет, я велел ехать обратно по Восемьдесят первой улице к Амстердам-авеню и остановиться на углу.

Там я расплатился и повел миссис Йигер в аптеку. Дабы окончательно рассеять ее подозрения, что это очередная хитрость, я предложил ей войти со мной в телефонную будку. Она стояла рядом, пока я набирал номер и разговаривал, и вот что услышала: «Миссис Перес? Это Арчи Гудвин. Я звоню из аптеки за углом. Надеюсь, мы по-прежнему друзья? Хорошо. Полиция была? Нет, не сказали? Хорошо… Нет, это нормально, что они отвезли вас в город и предложили подписать заключение. Это нормально, они всегда это делают. Сейчас никого нет? Хорошо. Я подойду с одной дамой. Мы будем через две минуты, поднимемся наверх. Мы ненадолго. Возможно, я позвоню вам вечером или заеду… Нет, но надеюсь, что скоро будут… Абсолютно. Я работаю на вас».

Когда я повесил трубку, миссис Йигер спросила:

– Мать той девушки, которую убили прошлой ночью. Раз вы ее не убивали, тут не может быть никакого конфликта интересов. Пойдемте.

Мы прошли квартал к Восемьдесят второй, завернули за угол, прошагали к дому 156 и вошли через дверь подвального этажа. В холле нас никто не встретил, дверь в комнату Марии была закрыта. Вторым ключом я отпер дверь лифта, и мы поднялись наверх.

Не будучи психологом или социологом, я не взялся бы судить, какой должна быть нормальная реакция респектабельной вдовы средних лет с двойным подбородком на приют беззаконной страсти, где ее муж предавался внебрачным развлечениям, но готов побиться об заклад, что поведение миссис Йигер было далеко от нормы.

Когда я включил свет, она сделала пару шагов, остановилась, медленно повернула голову направо, еще медленнее – налево, потом обратилась ко мне.

– Приношу свои извинения, – сказала она.

– Извинения приняты, – кивнул я. – Забудем.