Всё о Ниро Вульфе. Том 3

Я взял на себя обязательство. Унеси обратно!

Фриц ушел, и Вулф перевел взгляд на меня.

— Алиса Портер еще жива?

— Не знаю. Сол видел ее сегодня в восемь часов утра, то есть десять часов назад.

— Я хочу видеть ее. Привези ее.

Я внимательно посмотрел на Вулфа.

— Когда-нибудь вы прикажете доставить вам английскую королеву, — сказал я, — и мне придется приложить все усилия, чтобы сделать это. Однако сейчас мне хочется напомнить вам, что раза два-три в прошлом, когда вы давали мне такое распоряжение, и я доставлял вам кого-нибудь, вам не нравился метод, применявшийся мною при этом. Может быть, сейчас вы предложите мне что-нибудь?

— Да. Скажите ей, что я готов урегулировать с ней вне суда ее иск к Эми Винн.

— А что, если она захочет узнать, как вы намерены сделать это?

— Ты ничего не знаешь. Тебе только известно, что я готов на такое урегулирование и что завтра может быть уже поздно.

— Ну, а что, если она позвонит Эми Винн и узнает, что она не поручала вам этого?

— Вот потому-то ты и поедешь к ней вместо того, чтобы позвонить. Она, вероятно, не позвонит никому, но если она все же поступит так, ты скажешь, что я делаю предложение не от имени мисс Винн, а от имени комиссии, являющейся моим клиентом. Однако лучше будет, чтобы тебе не пришлось говорить так, если, конечно, не возникнет необходимость в этом.

— Хорошо, — согласился я, вставая. — Может быть, мне поможет то, что я буду иметь некоторое представление, о чем вы намерены разговаривать с ней?

— Нет. Эта мысль пришла мне в голову несколько минут назад, когда я спускался в лифте, хотя должна была бы возникнуть у меня уже давно. Я начинаю думать, что мой мозг тупеет, но ты тоже должен был бы подумать об этом. Целую неделю у нас под рукой была возможность оказать давление на эту женщину, и ни одному из нас не хватило ума увидеть это. Сейчас, после того как я сказал тебе, ты тоже увидишь, в чем дело.

Однако я ничего так и не увидел. Времени для этого у меня было вполне достаточно, и пока я шел в гараж к машине, и во время полуторачасовой поездки. Вы, вероятно, уже поняли, в чем дело, и если нет, то поймете минуты через три, поразмыслив, конечно. Разумеется, вы можете решить, что я кретин, но вам-то все подается на блюдечке. У меня же на уме эти две недели была масса всяких вещей, включая три убийства. Кретин там я или нет, но понял я, в чем дело, только на повороте с грунтовой дороги на шоссе. И тут, когда меня осенила эта мысль, я притормозил, свернул на обочину, остановился и несколько минут думал. Неудивительно, что Вулф обвинил себя в тупости. Ведь все было совершенно ясно. Я вернулся на шоссе и поехал дальше. Она была у нас в руках.

Но прежде всего мне еще нужно было встретиться с ней.