Ниочёма — 2

Когда всё было прочитано и признано адекватным, глаза слипались, а мозги напрочь отказались работать. Только и оставалось, что пойти спать.

Дежурный домовой приготовил постель и повесил в душевой свежее полотенце. Олег, зевая, вымылся, облачился в чистое, вытянулся на хрустящих, чуть пахнущих лавандой простынях, и тут его словно молнией ударило. И не просто так, а прямо в зад через предварительно воткнутое шило.

— Хранитель, при переключении кристалла на Песцовых, настройки безопасности хранилища и связанные с ним приказы будут сброшены?

Черт побери! Ведь совсем рядом был ключ! Правда, пока Предок не подсказал, где родовой перстень, это знание помочь никак не могло. Ну а теперь…

Сон прошел, словно и не бывало. Как можно спать, когда тайна хранилища практически вот она, в руках, вернее, на руке?

Олег быстро оделся и почти бегом кинулся в подвал. Отворил скрытую магией дверь и присел рядом с кристаллом. Нашел впадинку для приложения перстня.

— Хранитель, нужно ли перед процедурой произнести какую-нибудь ритуальную формулу?

— Нет, хозяин. Достаточно приложить перстень.

Песцова несколько потряхивало от нервного напряжения. И, чтобы скорее покончить с делом, он протянул подрагивающую руку и ткнул перстнем в предназначенное для этого место.

В первую секунду ничего не происходило, а потом через перстень, через руку, хлынул в магическое ядро поток энергии.

Боль была дикая, но все же не такая, как в прошлый раз. Не настолько сильная, чтобы совсем потерять соображение. И Олег сообразил: принялся всеми доступными путями сбрасывать из ядра ману просто для того, чтобы не лопнуть: в кристалле хранился запас энергии в десять раз превышающий емкость Олегова резерва. Правая рука, связывающая Песцова с кристаллом горела огнем, но ядро не настолько уж сильно давило изнутри, а прочие магические каналы нагружены были и вовсе лишь чуть больше предельной нормы.

Сколько это продолжалось, Олег не знал. Но в какой-то момент кристалл погас, и энергия потекла в другую сторону. Тело по-прежнему болело, особенно пострадавшая более всего правая рука, но это было уже терпимо. А главное, что Песцов это уже проходил и был уверен: его возможностей точно хватит. Еще минутка, и кристалл засветился неярким светом, перстень, наконец, отклеился от постамента. А Песцов рухнул на чистый, тщательно выметенный домовыми бетонный пол.

— Хозяин, разве так можно! — засуетился вокруг хранитель. — Так же можно вконец развеяться! И остальная нежить, похоже, собралась тут же. Горничная приподняла голову, домовой поднес к губам стакан воды. Олег сделал глоток, другой и, кряхтя, принялся подниматься на ноги.

— И в кого я такой уродился? — бормотал он про себя, плетясь по коридорам, поддерживаемый с двух сторон обеспокоенной нежитью.