Ниочёма — 2

— А мне ты брудершафт обещал! — капризным голосом заявила та, что справа. — Я — Нина.

С трудом повернувшись в полоборота к девушке, Олег опрокинул на палец налитый стакашек в рот и, дождавшись девчонку, от души её поцеловал.

— Будем знакомы, Янина — пошутил он.

— Янина! Хи-хи-хи! — подхватили остальные.

Свежеобрудершафтленная Нина фыркнула и тоже рассмеялась.

— А ты классно целуешься! — заявила она.

Услышав это, Олечная надула губки.

— Я тоже хочу бр… бр…

И растянулась на столике, подложив руки под голову.

— Она всегда первая срубается, — заявила та, что слева. — Меня Вика зовут. Я тоже целоваться хочу, и можно без этого дурацкого брудершафта.

Олина футболка впитала в себя всю разлитую на столике водку, и теперь смачно обрисовывала аппетитную грудь. Слабое звено уложили на сиденье, где она и вырубилась окончательно. А Олег весело катил в Москву, обнимая двух задорных нетрезвых девчонок за верхние девяносто, целуясь с ними по очереди и произнося двусмысленные тосты, всякий раз вызывая у подружек приступ безудержного веселья.

Перед самым въездом в Москву стоял таки блокпост. Черт!

— Девчонки, — жалобно протянул Олег. — Это ведь меня ищут.

— Да прокатился по Питеру после бала в рождественскую ночь. Теперь на меня всех собак вешают. Причем трезвый был, даже шампанского не нюхал, а всё равно.

— Не ссы, — отозвалась из-за руля Натаха. — Прикроем. Да, девчонки?

— Без бэ, — отозвались девчонки. — А ты что, на императорском балу был?

Песцова спрятали в какой-то укромный уголок, закидали барахлом. Когда ИАИцы пришли проверять, у Натахи было всё норм, а Нинка с Викой так талантливо строили полицейским глазки, что те махнули рукой и пошли проверять следующую машину.

— Олежек, а ты в Москву куда?

Песцов поглядел на здоровенный билборд, мимо которого проезжал микробус и вспомнил:

— На олимпиаду по магии.

— А намагичь что-нибудь?

— Нельзя, закон запрещает. Почуют в магическом Архиве — и ограничат свободу.

— А ты где собираешься ночевать? — спросила трезвая Натаха.

— Пока еще нигде. Ну да ничего, найду какую-нибудь гостиницу.

— А давай к нам в общагу! — воодушевилась Вика. — Гульнем как следует, и Натаха, вон, тоже вмажет. А ты нам расскажешь про бал. А еще мне с тобой целоваться понравилось…

И она мечтательно закатила глаза.

Воронежский авторитет не знал, что ему делать: виниться или оправдываться. С одной стороны, его люди отловили пацана, упаковали и привезли. С другой стороны, он умудрился сбежать. Прямо из машины. За двести метров до точки передачи. С другой стороны, люди Главы искали его по следам и почти догнали, но не нашли. И полиция, проверявшая машины на трассе, ничего не обнаружила. Вроде, и провал не по его вине: действие снотворного закончилось слишком быстро.