Ниочёма — 2

— Я, глава рода Песцовых, принимаю у Отрезкова Павла Семеновича его клятву и прошу предка подтвердить договор.

На большее бывшего учителя, а нынче бойца рода Песцовых, не хватило. Он вывернул голову, разглядывая появившуюся на плече татуировку.

— В зеркале будет видней, — прокомментировал эту картину Олег.

Павел Семёнович кинулся в ванну.

— Твою мать! — раздалось оттуда.

— Собирайтесь, Павел Семёнович, и поехали. Машина ждёт.

— Пятнадцать минут. Приму душ, оденусь, сделаю два звонка и скидаю барахло.

— Тогда жду вас в машине.

В подъезде, на том же самом подоконнике грустно сидел один из гопников-неудачников. Второй, Пыря, шипел сквозь матюки, пытаясь вытащить из подоконника обломок лезвия. На штанах, на заднице, виднелся свежий разрез. Увидев Олега, оба они замерли и попытались прикинуться ветошью. Тот прошел мимо, не обращая внимания. И в самом деле — идиоты!

У машины еще пара гопников пыталась ограбить Наталью Степановну. На Песцова они внимания не обращали, пока не выхватили по темечку и не осели на асфальт.

— Как хорошо, что вы быстро вернулись!

Помощница явно была напугана.

— Не переживайте, теперь вам не придётся оставаться с подобными экземплярами один на один. Я нашел для вас хорошего защитника. Да вот он и сам.

Глава службы безопасности рода Песцовых и, одновременно, начальник самого себя, кинул сумку с вещами в багажник джипа и запрыгнул на переднее сиденье рядом с водителем.

— Познакомьтесь, — представил их друг другу Песцов. — Наталья Степановна, Петр Семёнович. А теперь поехали в усадьбу. Я утомился и проголодался.

Вера переступила порог уютной небольшой кофейни. Сама она сюда не заходила: подобные заведения пока что были ей не по карману. Зато в особняке Олега повар варил такой кофе, что баристы всего мира могли бы съесть свои турки. Это искупало временную финансовую несостоятельность. Впрочем, сейчас она пришла не за удовольствием, а на переговоры.

Закрылась за спиной дверь, звякнул над головой колокольчик. Девушка окинула взглядом зал. Сейчас, днём, в кофейне было пустовато. Собственно, кроме двух девушек, сидевших за дальним столиком, никого и не было. Она вдохнула и выдохнула, постаравшись успокоиться. Всё-таки, дело шло о её будущем, а этот предмет волновал её чрезвычайно.

Стараясь держать лицо, Вера твердыми шагами подошла к девушкам. Одну из них она узнала: Мария Каракалова. В своё время её заставляли запоминать лица членов императорской семьи. Вторая, очевидно, Росомахина.

— Вера Лебедева, — представилась она.

Ну да, по этикету, пришедший представляется первым.

— Мария Каракалова, — представилась одна.

— Алёна Росомахина, — назвалась другая.

— Прошу, Вера, садитесь, — пригласила Каракалова. — Если вы не против, предлагаю для простоты и удобства перейти на «ты».