Никуда от меня не денешься (СИ)

Не выдержав, звоню ему около восьми. Хочу убедиться, что с ним все в порядке. Гудки идут, трубку Самсонов не берет. До одиннадцати ночи я набираю не меньше сорока раз.

«Напиши, что с тобой все хорошо, чтобы я не волновалась!» — пишу и отправляю сообщение, утираю с лица слезы. В голову лезут страшные мысли, не удается их прогнать.

А вдруг Ян отправился на гонки и попал в аварию? А может, нелегальные бои, о которых он мне рассказывал?

В руке оживает телефон. Сердце от радости подпрыгивает в груди.

— Ника, извини, телефон в машине остался, не думал, что ты так будешь волноваться, — голос веселый и довольный. Я тут реву, а ему весело.

— Я еду тусоваться в клуб. Телефон оставлю дома, чтобы ты зря не звонил и не волновался, — наполненным злостью голосом. Сбрасываю звонок, бросаю трубку на диван.

Слезы высохли на глазах, но теперь они сильно чешутся. Иду в ванную, умываюсь холодной водой. Все это время я слышу, как трезвонит на весь дом мой телефон. Получаю какое-то злорадное удовольствие. Пусть на себе испытает толику того, что я пережила за этот вечер. Ни в какой клуб я не собираюсь, оставив телефон в гостиной, поднимаюсь в спальню. Переодеваюсь в пижаму и ложусь под одеяло, отвернувшись лицом к стене. Никаких ласк сегодня не будет.

Я думала, Ян в студгородке, но судя по тому, что уже второй час ночи, а его все еще нет, он был в городе. Вскоре слышу визг шин у дома. А вот и Самсонов.

— Ника! — кричит он. — Ника!.. — дальше следует отборный мат и угрозы. Мне становится страшно, но внутри я довольна собой.

Вновь начинает звонить телефон. Топот ног по лестнице."

"— Ника! — в комнате загорается свет. — На х… так делать?! — кричит Самсонов, заметив меня в постели. — Я тебя спрашиваю! — возвышаясь надо мной, продолжает орать. — Тебе мало тянуть из меня жилы, хочешь их на кулак намотать? — играет скулами. Наклоняется, хватает меня за плечи, выдергивает из постели. Ставит перед собой.

— Ты еще на меня кричать будешь? — толкаю его ладошками в грудь, но лишь руки отбила, он и с места не сдвинулся. Глаза Яна неестественно блестят. Он пьян? Запаха не чувствую, зато улавливаю аромат чужих духов. Напрягаюсь. Подаюсь носом к его футболке. — Ты с кем был? — пытаясь осознать, что происходит. В голове шумит кровь, к горлу подкатывает тошнота. — Вали туда, где провел полночи! — кричу от боли, а получается слабый писк.

— А что тебя так задело? Духи? — всматриваюсь в его лицо. — Если скажу, что выбирал духи для тебя, не поверишь? — зло усмехается. — Думаешь, если ты мне не даешь… — не дослушав, бью его по лицу. Еще раз… еще…

Как же больно! Лучше бы он меня ударил! Самсонов стоит, не двигается. Позволяет выплескиваться моей боли. Я задыхаюсь, но продолжаю кричать и колотить его по груди, лицу, плечам.

— Проваливай!.. Ненавижу тебя!..