Никто не услышит твой зов

Потом, даже если это акудзин, с чего ты взял, что это кто-то из библиотечных? Мы уже ни раз говорили о том, что убийства, совершенные Аркашей похожи только тем, что жертвы висели вниз головой, когда их находили.

Кирилл откинулся на спинку кресла и расслабленно положил руки на подлокотники. Поза его говорила об усталости, но скорее не физической, а эмоциональной. Он с минуту молчал, поджав губы, словно подбирая слова, и наконец сдался:

— Ты прав, но…

— Но у тебя чуйка, а с ней не поспоришь, — рассмеялся Марк.

— Да, есть такое, — не стал отпираться Кирилл.

— А как тебе Томан?

— Странная женщина, — протянул Кирилл и снова взялся за бокал. — Очень странная.

— Мне кажется, она родилась странной. Этакий акудзинский бомонд.

— И Таланов показался интересным.

— Если смотреть на них как на подозреваемых, кто на первом месте, кто на последнем? — задал каверзный вопрос Марк.

— На первом, конечно, Пьер. Реально странная реакция, он для меня непонятный и как будто действительно хочет отвести от себя подозрения. Потом, наверное, Таланов.

— Да брось! — засмеялся Марк. — Я знаю его со студенческих времен, он и мухи не обидит.

— Про Горелова они так же думали, — возразил Кирилл. — Таланов очень умен, и заболтать может любого. Талантливый акудзин. К тому же я наводил обо всех справки. Он одинок, посвятил работе всю жизнь, уж ему-то не знать о том, как вызвать высшего демона.

— Допустим, хотя я сомневаюсь, что Таланов верит в демонов, тем более в высших.

— Мы сами демоны. Для людей, по крайней мере, — усмехнулся Кирилл

— Твоя правда. Кто дальше?

— Томан.

— Удивил. Почему она?

— Никогда не знаешь, что у таких людей в голове. Днем она читает Есенина, ночью охотится на мужчин.

— А Юра с Димой не могут днем читать Есенина, а ночью избавлять мир от грешников? — снова усмехнулся Марк.

— Если эти двое маньяки, то сто процентов работают в паре, — уверено заявил Кирилл.

— Почему?

— Они друзья, всегда вместе и на работе, и вне ее.

— У них семьи, — нахмурился Марк.

— У Горелова тоже она была. И ему она никак не помешала, — обосновал Кирилл.

Марк не нашёл, что на это ответить.

Тут в комнате появился Ворон и сразу, не здороваясь, направился к бару.

— Я замерз как суслик! — пожаловался он, наливая себе бренди.

— Ты что тоже присоединился к этой операции? — спросил Марк. — Я думал, ты раздашь всем ЦУ и смоешься оттуда.

— Я тоже так думал, — загадочно улыбнулся Иван, располагаясь на диване между друзьями. — Пока не появилась Екатерина.

— М-м-м, Екатерина… — ехидно протянул Марк и переглянулся с Кириллом, который тоже усмехнулся.

— У нее такая большая…

— Грудь? — перебил Марк.

— Собака. Но грудь тоже, да. Правда меня больше привлекала собака, точнее я ее привлекал.