Никто не услышит твой зов

Катерину помнишь?

— Как не помнить?

— Так вот быстро найди Ищейку и Демона, и прыгайте к девчонке, раз помнишь. Она на месте преступления. Только осторожнее, у нее пистолет и злая собака. Да и сама она злая как собака.

— А-а-а…

Но Иван Лежакова уже не слушал. Дверь в кабинет открылась и на пороге появились медики. Видимо, Жанна прислала. Иван нажал отбой. Рассказывать, что случилось, не было сил. Сущность, конечно, быстро его подлатает, но надо хотя бы остановить кровь. Уже начала кружиться голова, и было не до Лежакова. Разберутся без него. Ищейка точно разберётся.

***

— Нет, ну что вы за люди такие?! И где нам теперь его искать? — надрывался Константинов.

— Так мы и не люди, — резонно заметил Голицын.

— Черти вы! Вот кто вы!

— Олег Дмитриевич, полно вам. Тут вот девочка напуганная, — примирительно сказал Шилов, указывая на Екатерину, которая сидела, вжавшись в кресло.

В переговорке сейчас было полно народа, но все они смотрели на девушку, от которой волнами шел страх, так что весь Седьмой отдел снова встал на уши.

— Ее вообще зачем притащили?! — снова закричал Константинов.

— Так допросить, — удивленно уставился на начальство Калинин.

— Ладно ее! Собака тут нахрена нужна?! — Константинов махнул рукой на девушку и покосился на овчарку, которая уже десять минут проявляла к нему неподдельный интерес, обнюхивая акудзина по кругу.

— А куда его надо было? — развел руками Марк, как бы оправдываясь.

Когда Кирилл попросил доставить девушку в Седьмой отдел, у него и мысли не возникло, что собаку можно закинуть домой. Кто знает, сколько еще дома у этой человечки запрятано оружия. Конечно, может и не спрятано, но что-то ему подсказывало, что эта боевая девица и с кухонным ножом управляется не хуже, чем с пистолетом.

Константинов уже открыл было рот, но потом передумал отвечать. С этой троицей вечно что-то приключалось. Вместо этого он потрепал собаку по загривку, и Фотя, к удивлению всех присутствующих, уселся у ноги начальника.

В этот момент в переговорной появился Ворон. Штанина у него была пропитана кровью, а в руке он держал трость. Иван удивленно посмотрел на сцену «Константинов приручил Фотю» и почесал затылок:

— М-да, дело не в сущности… — пробормотал он. — Видимо, я и правда не очень хорошее существо.

Потом он обвёл взглядом помещение и остановил его на Катерине. Та еще сильнее вжалась в кресло.

— Я тебе куда сказал стрелять? — нахмурился Иван.

— В голову, — пискнула девушка.

— А ты?

— В ногу… я хотела живым взять…

— В маньяка надо было стрелять, а не в меня! Я сказал стрелять в голову маньяка! — закричал Иван так, что даже Константинов остолбенел.

Взбешенным Ивана видели крайне редко, и никто не помнил, чтобы он когда-то так кричал.

— Не было там никого! — чуть не плача крикнула Екатерина.