Никто не услышит твой зов

— Да, блин, что ты нагнетаешь? От Константинова нахватался? — картинно застонал Ворон.

— Почему сразу нагнетаю? — хмыкнул Марк. — Я вот даже не знал, что мой дорогой родственник в городе.

— В каком смысле?

— Он на месте не сидит. Я бы сказал, что дядюшка, очень эксцентричный акудзин, — улыбнулся своим мыслям Марк. — Путешественник, одиночка, но при этом в каждой стране имеет по батальону любовниц и приятелей, с которыми устаивает такие вечеринки, что самые пафосные клубы мира курят в сторонке.

— Это наш акудзин! Думаю, мы подружимся! — улыбнулся Ворон.

— Не хочу вечеринки, хочу спать, — простонал Кирилл.

— Отставить спать! Нас ждет веселье и много всего интересного!"

"Они и не заметили, как в кабинете появился предмет их обсуждения. Виктор Голицын широко улыбнулся, распахнул руки, будто обнимая все пространство, и картинно поклонился. Он был полной противоположностью строгого и жесткого брата. Иногда Марку казалось, что дядя вообще не из их семьи — настолько разительно он отличался от прочих. Невысокого роста, подтянутый, с легкой сединой в каштановых волосах, он выглядел лет на сорок, хотя ему уже перевалило за сотню. Он улыбался голливудской улыбкой, но в голубых, словно холодные северные воды, глазах, плескалась неведомая бездна. Если кого и можно было справедливо окрестить демоном ужаса, как их нарекли люди, то именно Виктора Голицына.

— Почему ты не сказал, что вернулся? — улыбнулся Марк и обнялся с дорогим родственником.

— Хотел сделать сюрприз, — вернул улыбку Виктор. — Только отцу пока не говори. Я еще не готов к серьезным разговорам без шлюх и бренди.

— Не скажу. И надолго ты тут?

— Пока не знаю. Решил открыть новый клуб, да и Олег Дмитриевич попросил подтянуть молодняк, — Виктор подмигнул Ворону и Кириллу, которые заинтересованно слушали их диалог.

— Ты с ними построже, — ехидно улыбнулся Марк.

— Всенепременно! А ты разве не будешь ходить на занятия? Это будет весело!

— Делать мне больше нечего, — фыркнул Марк.

— Учиться никогда не поздно, — назидательно проговорил Виктор, на миг став серьезным.

— Нет уж — это как-нибудь без меня, — отмахнулся Марк.

— Как хочешь. Тогда приглашаю вечером к себе. Выпьем, поболтаем. Обсудим как ты докатился до такой жизни.

— Непременно буду, — кивнул Марк.

— Тогда, я забираю твоих друзей в актовый зал немедленно! — Виктор поднял руку вверх, словно пират, собравшийся брать судно на абордаж. — Обещаю вернуть в целости и сохранности, но это не точно.

Марк улыбнулся. Он скучал по этому акудзину. Акудзину, который когда-то был ему дороже отца, был самым близким существом на свете.

Глава 2

— Мой племянник мент!

— Коп, ты хотел сказать? — улыбнулась девица с блестящими черными волосами и протянула Виктору бокал.

— А! Точно! Реформа же была.