Никто не услышит твой зов

А может ему не нравилось то, что за ним наблюдают отец и дядя? Марк подумал, что так оно и есть, и сел напротив Инги Бруновны.

— Как непривычно видеть тебя в этой роли, Марк Юрьевич! — улыбнулась она.

— Мне тоже непривычно видеть вас, Инга Бруновна, в этой роли! — принял игру Марк, изобразив на лице донельзя фальшивую улыбку.

Томан артистично засмеялась. Если бы она не была скована по рукам и ногам силой Кирилла и Ивана, то непременно прикрыла бы рот ладонью.

— И что же это, настоящий допрос? — захлопала она ресницами, изображая удивление.

— Ну что вы! — подмигнул Марк, пытаясь убрать ненависть к этой женщине поглубже, и отработать составленный им самим сценарий. — Просто дружеская беседа. Оказалось, я вас плохо знаю Инга Бруновна. Я вот не понимаю… Мне ваши коллеги, да и вы сами говорили, что особой дружбы между вами не было. А оказалось, что с четой Гореловых вы дружили и даже очень близко.

— Ну и что? Необязательно выставлять дружбу напоказ! Счастье любит тишину. Разве ты не знаешь?

— А как та комната в вашем подвале связана с тишиной? По-моему, там все предусмотрено для того, чтобы громче кричать, — смущенно заметил Марк.

— Эх, Марк Юрьевич, ну что ты как маленький. О твоих предпочтениях тоже ходили разные слухи.

— Для мужчин это выглядит немного иначе. Втроем мы предпочитаем композицию ЖМЖ. Но как женщины согласны делить одного мужчину… Меня делили, и это не слишком приятный опыт. Как вы на это согласились? А Марина? Это ведь ее муж.

Это были домыслы. Его интуиция. И судя по мечтательному выражению лица Томан, интуиция Марка не подвела.

— Скорее мы с Аркашей делили Марину. И вот все перевернулось в другую сторону. Не так ли? — широко улыбнулась она.

— Как-то меня Марина не слишком впечатлила, — фыркнул Марк. — Это Аркаша вас познакомил?"

"— О! Это вышло случайно. Я знал Марину, но близко мы не общались. А лет семь назад Аркадий пригласил нас всех к себе на юбилей. Там между мной и Мариночкой случилась… химия. Понимаешь?

— А Аркаша был не против вашей химии? — саркастично спросил Марк и откинулся на спинку стула.

— Как сказать… — снова мечтательно улыбнулась Томан. — Он интеллигент до мозга костей. Смутился сильно… Но так любит Мариночку, что уступил. Не мог не уступить.

— Какая идеальная шведская семья. И кто из вас первый вступил в секту свидетелей Шоу Ху?

— Не ерничай, Марк Юрьевич. Тебе не идет.

Марк заметил в ее голосе нотки злобы и раздражения, хотя она и попыталась скрыть это за маской добродушности.

— Я не пытаюсь вас обидеть, Инга Бруновна. Я уважаю все верования и убеждения. Никого ни к чему не призываю, и не пытаюсь переубедить… — примирительным тоном заговорил Марк.