Никто кроме тебя

Сквозь потоки воды, бегущие по лобовому стеклу, было непросто следить за дорогой – дворники едва справлялись со своей задачей.

Уаэтт был спокоен и сосредоточен, и казалось, вовсе забыл о моём присутствии.

Согласившись поговорить с ним, я ожидала, что мы укроемся в его машине от непогоды, и он расскажет мне о загадочном человеке с таким же недугом, как у меня. О причинах такой его сговорчивости думать почему-то не хотелось. Но как только мы оказались в салоне, он завел двигатель и внедорожник выехал со стоянки.

Что толку спрашивать, куда мы? Скоро узнаю.

В какой-то момент я решила, что мы едем к нашему дому, но оказалось – он везет меня к себе.

Особняки Торнтонов и Браунов находились достаточно близко друг к другу – в самой старой части Дипвуда. К дому мэра вела короткая подъездная аллея, обсаженная с обеих сторон пушистыми елями. Сам дом также утопал в зелени, и был обвит вездесущим плющом, как и большинство зданий в городе.

Уаэтт выглянул из машины и удовлетворенно кивнул на пару светящихся окон второго этажа. Затем посмотрел на меня и ободряюще улыбнулся.

– Отец дома.

– И что с того?

– Не нужно, чтобы твои глаза кто-то видел. По крайней мере, не сейчас.

– Почему?

– Объясню позже.

– Я уже несколько дней разгуливаю с таким лицом, люди могли заметить.

– Если кто-то и заметил, то не придал этому значения. Иначе отцу уже донесли бы.

Интересно получается. Какое дело мэру Дипвуда до гостьи из Шотландии?

Да мало ли от чего у меня глаза светятся? Может, радужная оболочка стала ярче из-за эмоционального потрясения? Я видела о подобном статью, когда выбирала офтальмолога на сетевом медицинском портале Таунсенда, Правда, в ней говорилось, напротив, о тускнеющих глазах или о расширяющихся зрачках…

Случаев полыхания глаз голубым огнем академической наукой описано не было. По крайней мере, я таких не нашла.

Что, если решение моей проблемы лежит вне плоскости современной медицины? Вот Торнтон, к примеру, считает, что все имеющиеся у меня симптомы повторяют историю какого-то знакомого ему человека. Как он сказал? Поначалу больно, со временем станет невыносимо. Со временем – это когда? И есть ли от этого спасение?

Машина остановилась у ворот в подземный гараж, он нажал кнопку дистанционного управления замком на брелоке и мы въехали внутрь. Сразу же стало как-то не по себе.

– Мы поднимемся к тебе?

– Да, если ты не возражаешь. Но позже.

Припарковав автомобиль, Торнтон выбрался наружу, помог выйти мне и пояснил:

– Прежде, нам нужно посетить одно место и кое-что сделать.

Я недоуменно взглянула на него, но спрашивать пока ничего не стала."

"– Лив, ты можешь подождать меня здесь пару минут? Я поднимусь за рюкзаком.

Он уже направился к двери, ведущей в дом, но я окликнула его.