Никто кроме тебя. Искушение

Глория пыталась расспрашивать, почему это вдруг мне вздумалось прятаться от собственного жениха. Я отнекивалась. Но уверена, она всё поняла.

– Ты что, ездила к этой паршивой девке? – с досадой выдала она.

Я клятвенно пообещала рассказать ей о поездке вечером, и выскочила из машины. Хотя, о чём еще говорить – она явно будет на стороне Джордана, как и дядя.

Во дворе Эмбер меня ожидала всё та же компания, что и вчера. Торнтон, два его друга и Холли с Эм.

– Поедем на квадроциклах, – объявил Уаэтт. – Внедорожник там встрянет, как в прошлый раз. Хорошо еще, дождя сегодня не обещают.

Он протянул мне руку, приглашая ехать с ним. И я не нашла причины отказаться.

Добирались до нужного места мы очень долго. Сначала ехали по Еловой тропе больше часа, потом еще часа полтора шли пешком. Мужчины несли массивные туристические рюкзаки. Из их разговоров я поняла, что там палатки и всякие припасы минимум на два дня. Выходит, мы с ночёвкой? Не хотелось бы.

Я ожидала, что при приближении к источнику начну чувствовать себя как-то по особенному. Но нет, совсем ничего.

Зато, когда мы вышли к пещерам, у меня сразу перехватило дух. Здесь, в древнем дождевом североамериканском лесу оказалось то, чего я меньше всего ожидала увидеть. То, чего здесь просто-напросто не могло быть.

– Что это? – недоумённо проговорила Холли.

На поляне, неподалёку от входа в полуосыпавшуюся пещеру стояла покосившаяся от времени, заросшая пушистым зелёным мхом каменная плита. На ней можно было различить характерный орнамент и надписи на древнем языке первых шотландцев.

– Пиктский крест, – зачарованно прошептала я.

Сердце забилось чаще, в груди разлилось приятное тепло – на мгновение я будто бы перенеслась домой.

– Пиктский? Что он тут делает?

– Может, Торнтоны с собой привезли из Шотландии двести лет назад? Как частицу своей истории… – только и смогла я предположить.

Парни сняли тяжёлые рюкзаки и уселись на валуны, в избытке валяющиеся вокруг.

– Красивое место, – протянула Эм.

Действительно, хоть находится оно в низине, сюда проникают лучи полуденного солнца. Эта поляна – будто маленький сказочный оазис посреди непроходимых сумрачных лесов.

– Чувствуешь что-нибудь? – спросил Уаэтт. – У тебя глаза стали ярче мерцать.

Я прислушалась к себе. Не то, чтобы совсем ничего. Какой-то едва уловимый трепет.

Сделав несколько шагов, я приблизилась к мегалиту и опустила ладони на холодный влажный камень. Пожалуйста, пусть это окажется источник! Уже выведенный кем-то до меня, просто спящий.

В следующее мгновение глаза начало нестерпимо жечь, и слёзы покатились градом. Я испуганно одернула руку и принялась вытирать рукавом влажные щёки.

– Ну что? – поторопила Эм, сжав моё плечо.

Не хотелось признаваться ей, что я элементарно боюсь повторить прежний опыт.