Николай I. Освободитель. Книга 4 (СИ)

Наши! — Я сделал приличный глоток коньяка, поставил стакан на сукно, и крутанул вокруг своей оси. Янтарного цвета жидкость внутри тоже закрутилась, облизала стенки стакана и опала вниз, оставив на стекле мелено сползающий «жирный» след. Призрак гибели Александра II явился в этот день буквально во плоти. Причем и пенять-то не на кого, сам, по сути, открыл ящик Пандоры. — Взрывчатка заводская, найди кто ее бандитам достал, найдешь и самую главную ниточку.

— Ищем, ваше императорское высочество, — Бенкендорф наткнулся на мой тяжелый взгляд и поправился. — Сделаем.

На этом, по большому счету, рабочая часть для и закончилась. Усталость вкупе с нервным напряжением и небольшой дозой алкоголя сделали свое дело, и я отрубился едва голова коснулась подушки.

Шеренга преображенцев, одетых традиционные для русской пехоты зеленые мундиры с красными — этот цвет был основным полковым для первого гвардейского полка — лацканами, ровно как на параде шагала по полю в сторону условного противника. При достижении какого-то, видимого только офицеру непосредственно командующему атакой, рубежа, гвардейцы остановились, вскинули винтовки и дали слитный залп в сторону расставленных на другом конце поля деревянных болванов. Тем такое отношение явно не понравилось: во все стороны полетели щепки, несколько мишеней, видимо закрепленных недостаточно крепко, банально опрокинулись навзничь.

Перезарядка: восемь-девять секунд для минимально тренированного человека — и еще один залп. После этого по команде того же офицера преображенцы примкнули штыки и ринулись на условного врага в рукопашную. Этого я уже совсем стерпеть не мог, покачал готовой и в сердцах пробормотал.

— Черте что. Полнейший провал, — сказано это было достаточно тихо, однако стоящие рядом «многозвёздные» генералы, увлеченно наблюдающие за учебной атакой, услышали мой комментарий и не на шутку всполошились. Им-то удаль гвардейцев, четкость линий и залповой стрельбы, а также молодецкий порыв, с которым преображенцы бросились в штыковую, явно понравились.

Летом 1828 года прошли ежегодные большие Красносельские маневры, в которых традиционно участвовала гвардия и полки столичного гарнизона. Впервые тут были представлены стальные орудия — пока еще все так же дульного заряжания — а также принятая на вооружение винтовка Маркова образца 1826 года.

Войска целых два месяца тренировались совершать марши, строить и штурмовать укрепления, отрабатывали различные придуманные штабными генералами ситуации.