Никогда с тобой

Ким молчит, и я давлю вопросами дальше:

— У вас ведь все пьют в стране, а тебя с алкоголем я видел от силы три раза и то ты его только нюхал.

— Во-первых, пьют наверняка не все, а во-вторых, я ни разу в сознательном возрасте не был в Корее, — Ким смеется. — Я даже языка не знаю.

— Ладно, засчитано, — киваю.

— Так что произошло, что ты сидишь здесь с бокалом виски и пытаешься не разнести весь этот клуб?

Я в очередной раз удивляюсь тому, насколько тонко Ким улавливает мое настроение. Да и не только мое. Иногда мне кажется, что у него телепатические способности, которые позволяют ему лучше понимать каждого из нашей тройки.

— Ничего не произошло, — хмыкаю. — Отец сегодня объявляет о помолвке. Завтра мне нужно рассказать в универе, что Романова моя сводная.

— Уже Романова? — хмыкает Ким. — Не “никто”? Ну-ка повторяй за мной “сестра”.

— А я и не смеюсь. Ты проблему из пальца высасываешь. Ну женится твой отец, ну появилась у тебя сестра и что?

— Вот именно, что ничего. Твоя ненависть к ней не обоснована.

— Не обоснована? — завожусь с полоборота. — Она, блядь, составила график, когда мне можно посещать бассейн.

— И с чего бы она это делала?

О том, что она увидела мое лицо я Киму не рассказывал. Как в таком признаться? Правда, судя по пристальному взгляду друга, он уже обо всем догадался.

— Она тебя видела, да?

Вместо ответа мычу что-то непонятное и киваю. Между нами, вроде как, нет никаких секретов. Он прекрасно знает о моей ситуации, видел тот уродливый кусок на моем лице, однако мне все равно неприятно обсуждать эту тему. И тот факт, что инфузория видела меня таким жутко нервирует. Она не должна была. Никто не должен. Даже Само с Филом не видели. Знают о ситуации. О ней, блядь, весь универ знает, но никто не смеет ничего говорить, хотя я уверен, что им любопытно. Хочется посмотреть на изуродованное лицо некогда первого красавчика универа.

— Повторить? — голос бармена доносится до меня словно сквозь толщу воды.

— Не стоит, — отвечает вместо меня Ким.

Он и расплачивается по счету, пока я пытаюсь достать из бумажника карту.

— Думаю, пора домой.

Я не возражаю. Сам чувствую, что с алкоголем пора завязывать, иначе ночевать буду прямо под барной стойкой.

— Где припарковался? — спрашивает Ким по пути к выходу.

— А ты не на машине, что ли?

— Приехал на такси. Знал, что ты такси вызвать не додумаешься.

— Так вот почему ты приехал, — хмыкаю.

— Отчасти. Нужно же тебя бухого довезти до дома.

— А можно к тебе? Не хочу домой. Видеть там отца и… эту.

Ким ничего не отвечает. Забирает у меня из рук ключи и снимает сигнализацию с машины. Кое-как пакуюсь на переднее сидение, Ким садится на водительское и помогает мне пристегнуться. Я не помню, чтобы меня когда-либо так накрывало. Видимо, сказалось отсутствие ужина.