Никогда не верь пирату

Как можно хотеть мужчину так быстро после…

Даньелл поторопилась задать следующий вопрос:

– Правда, что Дафна и Рейф были уже женаты до их свадьбы в прошлом месяце?

Кейд громко расхохотался:

– Кто тебе это сказал?

– Мэри упоминала об этом.

Кейд приподнялся на локте, упираясь в подушку:

– Не могу ответить. Меня не было здесь, когда они совершили печально известное путешествие во Францию.

– Рейф и Дафна выполняли задание вместе. По просьбе Грима.

– Правда? – ахнула Даньелл, часто моргая. – Ты должен мне все рассказать.

Кейд стал целовать ее шею.

– Уверен, что когда-нибудь они расскажут тебе все подробности. Это было головокружительно и романтично. Они полюбили друг друга во Франции. Только свет не знал, что они вместе. Эта часть остается в секрете. Даже если они уже были женаты, ну… неудивительно, что Мэри знает об этом больше, чем я о собственном брате.

Даньелл отвела глаза, на которых снова выступили слезы. Дафна и Рейф никогда не расскажут ей эту историю… Она больше не увидится с ними. А если и увидится, они еще больше разозлятся на нее из-за ее двуличия.

– И правда, звучит весьма романтично, – пробормотала она.

Возможно, почувствовав ее грусть, он сменил тему.

– Так ты гоняешься за Батистом, чтобы получить деньги и отвезти мать к морю?

Она медленно покачала головой, проводя пальцем по мягкой простыне:

– Все куда сложнее. У меня собственные счеты с Лафайетом Батистом.

Кейд пристально посмотрел ей в лицо:

Даньелл честно пыталась разорвать связь с Кейдом. Напомнила ему, что они, возможно, станут работать вместе. Перечислила строгие правила Гримальди, касающиеся отношений между агентами. Даже пробовала объяснять, что леди Дафна ни за что такого не одобрит.

Ничего не помогало. Кейд просто притягивал ее к себе и целовал в шею, а после этого было совсем легко оказаться с ним в постели совсем голой. Иногда Кейд поднимался наверх, чтобы выполнить обязанности капитана, но когда возвращался, все повторялось сначала. Он вынуждал ее раз за разом выкрикивать его имя и при этом зажимал ей рот.

Все это плохо кончится. Ее сердце будет разбито, когда он оставит ее навсегда. Но пока она была в его объятиях, в его постели, чувствовала себя так, словно ей открылись небеса. И не могла заставить себя остановиться. Хуже того, не хотела.

Прошло три дня. Они опять лежали в постели. Кейд прижал ее к себе после того, как оба, утомленные любовью, едва успели отдышаться. Даньелл была вне себя от счастья, хотя почти не могла двигаться от усталости. Обмякшее тело стало особенно чувствительным. Его словно покалывали десятки маленьких иголочек. Гладя ее руку, Кейд сказал:

– Маккаминз доложил, что сегодня вечером мы придем в порт.