Ничья…

– Я не хочу, чтобы за нами наблюдали во время разговора, – тихо проговорила девушка консулу, пока они петляли по извилистым коридорами с плохим освещением, ведомые тем самым арабом.

– Невозможно, даже если мы и согласимся, они – нет. Сирийцы и так идут на уступки, на которые раньше при других раскладах ни за что бы не пошли.

Влада выдохнула с досадой. Знать, что за ними смотрят десятки глаз…

– Я прошу, поймите это для блага…

– Влада, нет, я же сказал, – раздраженно отрезал Иван Ильич.

– Тогда хотя бы без камер. Пусть просто слушают…

Он призадумался и через минуту уступчивым тоном сказал, – я постараюсь, переговорю.

Ивану Ильичу действительно удалось убедить сотрудников не включать камеры и задвинуть жалюзи в комнате наблюдений за допросом.

Влада стояла у железной двери и думала, что все слышат, как сильно бьется ее сердце… Как страшно, стыдно и непривычно…

– Готова? – спросил сопровождающий, – он уже там.

Девушка с трудом сглотнула, горло пересохло, молча кивнула головой.

– Жми на красную кнопку у двери, если что, – лишь напомнил он ей инструктаж напоследок и впустил девушку внутрь.

***

Влада робко зашла в средних размеров комнату с неоновым освещением, от которого можно бы было сойти с ума. Посередине нее стоял стол, с двух сторон которого были придвинуты стулья. Вернее, на противоположном конце стул был уже занят….Там сидел Он.

Обреченно и печально, но все же с каким – то неистовым порывом он поднял на нее голову, и Влада вскрикнула. Красивое мужественное лицо Карима превратилось в сплошное синее месиво. Запекшаяся кровь, сине – желтые разводы, припухлости. Только болезненно скривившая его губы приветственная улыбка и его жгучий блеск глаз, все же проглядывавший сквозь вспухшие щели глаз – вот все, что напоминало о нем…Изорванная одежда, лохматые волосы, щетина…Никто не заботился о его гигиене, было понятно.

Влада попыталась улыбнуться в ответ, в нерешительности перебирая ногами, но ее губы задрожали от подступающих слез.

– Что они сделали с тобой? – только лишь смогла прошептать она.

Она резко развернулась и стала с силой нажимать на красную кнопку – Выпустите меня! – кричала девушка."

"Карим опустил голову. Его сердце болезненно сжалось. Она хочет сбежать… Конечно, что еще, кроме испуга и отвращения, он у нее вызывал…И тогда, и теперь тем более…

Охранники открыли дверь, Влада выскочила вон под недовольные и разочарованные взгляды Ивана Ильича и его спутника.

– Срочно дайте мне льда и марлю или вату! – почти кричала она.

– Нет, – резко ответил сириец в военной форме.

Влада перевела не требующий возражений взгляд на консула, – Вы же хотите успеха – слушайте меня! Лед, марлю и зеленку! Прошу! – она почти умоляла, но так, что любой приказ показался бы мягче.