Ничья…

Пытается направить мысли куда угодно, лишь бы не думать о нем… И тут вспомнила про папку от адвоката, которую привезла ей Ранья… Та что – то говорила о том, что надо подписать какие – то документы… Руки так и не доходили… Открывает конверт – там копия завещания Карима… Она уже знала, что все переходит ей… Это не было секретом… А еще какое – то письмо. Запечатанное. Написано – «передать лично в руки». Видимо, хранилось у адвоката вместе с завещанием… Открывает… И мир вкруг начинает распадаться на пиксели, как в строй компьютерной игре…

«Влада,

Если ты читаешь это письмо, значит меня уже нет. Адвокат, конечно же, озвучил тебе всю формальную часть – надеюсь, этот капитал позволит тебе и нашему сыну не чувствовать себя в чем-либо стесненными. Я пишу это письмо тебе и не знаю, когда произойдет наше расставание. Может, ты еще совсем молода и прекрасна, может, нам удалось прожить долгие годы до седин… А еще я молю Бога, чтобы ты его все-таки прочитала, потому что в противном случае это будет означать, что ты ушла раньше… А я не хочу испытывать такой боли… Знаю, ты сильнее, ты справишься, переживешь мою утрату… А я не смогу…"

"Я пишу эти строки не своей рукой, а своим сердцем, которое завещаю тебе вместе со всем, что принадлежит мне. Оно стало твоим тогда, когда я еще был молодым амбициозным мальчиком с автоматом на плече и наивными иллюзиями в шальной голове. Но даже если мне сейчас столько лет, сколько звезд на небе, я все равно знаю, что моя любовь к тебе со мной… Она отпечатана в моем генокоде… В моем ДНК…

Теперь ты свободна, моя хрупкая пташка! Моя асфура! Ты так мечтала о свободе, так хотела быть вольной, ничей. Лети, лети туда, куда тебя влечет твое сердце… А я знаю, куда оно тебя влечет, пусть сама ты это и пытаешься упорно отрицать…

Я благодарен тебе за эти сказочные годы… Ты была лучшей женой на свете. Той, которой гордятся, которую превозносят, которую боготворят… Надеюсь, я хоть немного оправдал и твои ожидания о том, каким должен был быть муж. Ты была искренней, ты была идеальной… Подругой, соратником, матерью, любовницей… Но ты никогда не была полностью моей. Я знаю, ты читаешь эти строки и нервно сжимаешь губы, как всегда делаешь, когда тебя что-то выводит из себя, потому что все еще отказываешься признать то, что я признал еще в самом начале нашего знакомства… Но нас всегда было трое… Я изначально был обречен делить тебя с ним… Когда ты засыпала очень глубоко, тебе снились сны… Хорошие и не очень, приятные и кошмарные… Я всегда понимал это по твоему выражению лица – беспокойному, страстному, в смятении, безмятежному, с блаженной улыбкой… Почти всегда ты называла его имя… Не важно, что тебе снилось, он всегда был рядом… Там, с тобой… Он. Не я.