Ничья…

Хватает ее за собранный пучок волос, от чего он рассыпается, прижимает к себе, одной рукой больно сжимает сосок, другую, ту которую засовывал в нее, теперь заставляет облизать…

– Вот так он хотел тебя трахнуть, Влада. Нравится? Вот так тебя теперь захочет трахнуть весь Ближний Восток, если посмотрит это чертово интервью. Сколько минут вы говорили про твоего бывшего любовника? Сука, убил бы, если бы так не любил тебя и не хотел…

Она не выдерживает его напора, громко стонет, ритмично сокращаясь. Откидывает голову на него… Все – таки ее возбуждает эта звериная ярость… Он стонет сразу вслед за ней, продолжая судорожно в нее вбиваться.

Отпускают ее. Она держится за столешницу, пытается отдышаться…

– Теперь зайди в уборную и приведи себя в порядок, – сухо говорит ей, вытираясь и застегивая ширинку.

Влада уязвлена, хоть и расслаблена от мощнейшего оргазма, от которого до сих пор ноги дрожат.

– Вот так ты трахаешь эту суку Эдну на своем столе? Буду знать.. – бросает сквозь зубы, гордо выпрямляясь и застегивая платье сзади.

– Не знаю, о чем ты… – словно между делом невозмутимо отвечает ей.

– Все ты знаешь! Она ходит перед тобой почти голышом! Даже у меня бы на нее встал!

Откидывается на стул, удовлетворенный. Кажется, даже немного успокоившийся… Его всегда можно было усмирить хорошим сексом…

– Не обращал внимание, но спасибо за наводку. Буду иметь ввиду…

Сволочь…Злобно выдыхает….

– Никаких больше интервью, Влада… И про это забудь. Мне стоило ста тысяч долларов заставить этого ублюдка отдать запись с тем, чтобы она никуда не попала. Так что передай этому идиоту-издателю, чтобы искал другие формы пиара твоих книг, если я не решу запретить тебе их писать вообще к чертовой матери… И не удивляйся, если узнаешь через пару дней, что я набил этому твоему Эмилю морду… Просто так… За то, что осмелился так на тебя смотреть…

Закатывает глаза… Только этого позора ей еще не хватало. Выходит из его кабинета, не прощаясь, хлопает дверью. Смотрит на Эдну. Та явно раздосадована, словно спесь с нее сбилась. Видимо, их жаркие соития не остались незамеченными, вернее, неуслышанными. «Вот так, сучка, знай, что есть мужчины, которые хотят своих жен, а не дешевых секретуток».