Ничья…

Но это далеко не конец истории… Вашей истории… Идите, Вас ждут…

ГЛАВА 20

Она медленно шла к свету, исходящему из большого старого окна в пол. Потрескавшаяся рама с кучей слоев белой краски, немного дребезжащее от пробирающегося через него сквозняка… Она узнала бы эту статную фигуру из тысячи. Широкие плечи, длинные ноги. Даже сейчас, стоя спиной к ней, смотря в окно, заложив руки за спину, он выглядел угрожающе и внушительно. И все – таки непривычно было видеть его не в военной одежде.

Подошла как можно тише. Встала рядом, но все равно немного на отдалении. Он неотрывно смотрит в окно, за которым степенно и грациозно падают большие хлопья снега, как по заказу. Просто не верится, что он тут. Карим. На фоне зимы. На фоне снега… Нужно ущипнуть себя, чтобы поверить….

Тишина. Только их дыхание. А еще ее малыш пинается в животе. Чувствует ее волнение. Или стыд. А ей стыдно… За всё.

– Удивительная сила природы, не находишь? Вода превращается в снег, а он опять в воду… Все циклично, все повторяется…

Наконец, перевел взгляд на нее. Смотрит в глаза, потом на губы, потом спускается к животу. На нем задерживается дольше всего.

– Вода дает жизнь… Поэтому сама она бессмертна, способна перерождаться…

– Рада, что с тобой все в порядке… – проговорила она почти шепотом, хотя ее голос все равно отражался от белых крашенных стен гулом.

– В порядке? – переспросил он, приподняв бровь и снова внимательно посмотрев на нее…

Пауза, затянувшееся напряженное молчание. Снова взгляд на падающие за окном хлопьях снега и выстилающие сказочный пушистый ковер под ногами… В отличие от улиц города, здесь он красивый и белый, нетронутый грязью цивилизации, не изможденный едким химическим реагентом, заставляющим нежные снежинки биться в предсмертной агонии прежде, чем превратиться в грязную жижу…

– Зачем ты приехал, Карим? – тихо сказала она, не желая ходить вокруг да около.

– Не рада меня видеть, асфура? – в голосе напряжение, хоть он и пытается казаться расслабленным.

– Разучилась радоваться… и надеяться… – тихо отвечает она, концентрируясь на хлопьях снега.

– А на что надеяться, Влада? Что вселяет в тебя надежду?

Молчит, глубоко вздыхает.

Поворачивается к ней. Внимательно смотрит в глаза. Подходит вплотную, но все равно так, что между ними расстояние в метр."

"– Ничего со мной не в порядке, Влада… Без тебя не в порядке… Я приехал за тобой.

Она нервно сглатывает.

– Меня не отпустят… Я под следствием… Или уже в тюрьме… Не знаю… Я снова пленница… Наверное, такая у меня судьба… Из плена в плен… И так с самого рождения… Я не знаю, кто те люди, в чьих играх я фигурирую, но они явно опасны, Карим. Не стоит с ними связываться.