Ничего не возьму с собой

Он сидел за столом Бережного, и Виктору неприятно было видеть его там.

И телефон Дэна не отвечает, черт бы его побрал!

— Меня зовут Игорь Павлович Капинус, и, пока не решатся некоторые насущные вопросы, я буду замещать Андрея Михайловича. — Чужак сделал приглашающий жест. — Присаживайтесь, господа офицеры.

И они с Семеновым сели. Так же, как всегда садились в этом кабинете, но Виктору все равно казалось, что это какая-то глупая шутка, невесть кем затеянная. Не мог Бережной вот так взять и умереть!

Но чужак за его столом был вполне реален.

— Я хочу, чтобы вы полностью отчитались мне по делу Радецкого. Все, что вам удалось узнать, все факты и детали, в том числе ваши выводы и подозрения. — Капинус положил руку на внушительную папку. — Я уже просмотрел материалы, которые хранились у генерала, и думаю, вам есть чем со мной поделиться, потому что расследование по делу необходимо закончить в кратчайшие сроки.

Виктору хотелось спросить, кому это необходимо, но он промолчал. Виктор понимает, что им нужно быть предельно осторожными: кто знает, что это за человек, откуда он появился. Сейчас он очень хорошо понимал Бережного, который когда-то сказал: доверять мы можем только друг другу. А поскольку Дэна нет, то остается Семенов, который сидит рядом.

И Виктор толкает его ботинок под столом и получает в ответ такой же тычок. Семенов тоже все понял правильно.

— Но все материалы хранились у Андрея Михайловича. — Виктор решает ничего не рассказывать этому чужаку. — Да мы толком за это дело и взяться не успели, убийство кладовщика все-таки приоритетнее, чем какое-то хулиганство. Тем более хулигана мы выявили, в содеянном он признался и подельника нам сдал. А больше пока ничего не известно.

Капинус смотрит на Виктора и понимает, что больше он из него ничего не вытащит. Сидит себе добродушный простой парень, смотрит на него чистым взглядом торговца подержанными машинами, а дальше все — непробиваемая стена. И доверять ему этот мнимый простофиля никогда не будет. Уже хотя бы потому, что он, Капинус, сейчас уселся в кресло Бережного. И он готов сам себя пнуть за такой просчет. Ведь знал же, что Андрея с его командой связывают не только отношения начальника и подчиненных, но и дружба, которая бывает между сильными, состоявшимися людьми, каждый из которых достоин уважения, и полное взаимное доверие.

А он уселся в кресло их погибшего друга, роется в его бумагах, и ребятам сейчас непонятно, что это вообще за деятель. И уж точно не захотят они делиться подробностями расследования, из-за которого их семьи оказались неизвестно где и с самыми печальными перспективами.

— Ладно. — Капинус поднялся, и офицеры тоже встали. — Пока все свободны.

Офицеры направились к двери.