Секс и ничего личного (СИ)

— В первую очередь, мадемуазель Морель, вам следовало хватать вашу Амайю за руку и тащить ее к следователю, не давая времени передумать! Нет, в первую очередь вам следовало связаться со мной и предупредить меня о своих действиях!

Он помолчал — то ли материл меня мысленно, то ли решал, что теперь делать — и скомандовал:

— Чтобы больше без моего ведома ничего не предпринимали! С капитаном Ламбером всё улажу сам.

Мсье Жаккар отключил телефон, а я… Я шла на лекцию, думала. Разное думала. Например, что не слишком хорошо быть у адвоката бесплатным клиентом. Вернее, клиентом, за которого адвокату заплатит государство. Или что я, наверное, действительно ждала от своего адвоката ободрения и поддержки — в рамках его должностных обязанностей как моего защитника.

Не то чтобы мне хотелось плакать, нет.

Но глаза, определенно, щипало.

— Морель, я знаю, что ты у себя. И я не буду ломиться, но останусь ночевать под дверью если потребуется, так что пройти мимо ты все равно не сможешь.

Ага, да, можно подумать, ты меня станешь удерживать, рискуя попасть под статью о физическом насилии.

Гросс Теккер, кстати, почти наверняка осознавал и про статью, и про то что прибегать к ней ни ему, ни мне не придется, потому что я просто не захочу, чтобы его под моей дверью наблюдало все женское общежитие.

Я закатила глаза к потолку. По-хорошему, поговорить надо. Я должна по крайней мере извиниться, за то, что сорвала на него свое плохое настроение, это будет честно. Нам еще учиться и учиться вместе, если разбегаться так цивилизованно.

За дверью царила тишина.

А может, сдался и ушел?..

Я на цыпочках подошла к двери (хотя изнутри звукоизоляция куда лучше чем снаружи и можно было бы не таиться) и приложила к ней ухо.

Вернулась к кровати.

Вернулась обратно к двери.

Не выдержала, провернула ключ, приоткрыла дверь.

И уперлась взглядом в гросс Теккера, подпирающего плечом стену.

— Так я зайду? — он вскинул бровь.

Я молча посторонилась.

Парень прошел в комнату, замер на середине, развернулся и выпалил явно заготовленную речь.

— Извини, Морель, но я вообще не понял, почему и за что ты на меня разозлилась. Так что будь уж так любезна — объясни. Потому что со своей стороны я просто видел, что ты устала и не хотел тебя загружать еще больше. И мне, если честно, пипец как обидно, как ты себя повела и что наговорила. Может быть, я действительно не в курсе всех твоих проблем, но ты же мне о них не отчитываешься! Неужели ты думаешь, что я бы тебе не помог?..

Я смотрела на него, на этот пылающий праведный взор, набычившуюся фигуру, и испытывала почему-то совершенно неуместное умиление. Неуместным оно было потому, что любоваться гросс Теккером мне сейчас было ну никак совершенно нельзя.

— Ты прав, — признала я очевидное.