Ни слова, господин министр! (СИ)

Что же делать… отказаться от его помощи? Пожертвовать собой и сдаться королю? Zut, вот… zut. Никогда больше. К тому же мрачная серьезность в глазах Родерика, его поведение, когда он ослаблял контроль… Ему до сих пор не все равно, где я и с кем. И, может, в виде сломанной куклы при дворе я только наврежу ему еще больше.

А сын? Я не могла доверить Стефану его судьбу. Наш король растопчет и продаст кого угодно. И принесенная клятва не будет гарантией.

Так, Оливия, прекращай истерику. Я оглядела себя в зеркале. Пока терзалась, привела голову в порядок — заплела косу, уложив ее венцом. Остальные волосы оставила распущенными. Наверное, для вдовы чересчур легкомысленно, но, по меркам магов, я еще очень молода. И мне предстоит обед с особами, которых полагалось радовать своим внешним видом.

Следы усталости на лице скрывать не буду, но кожа сияла, а глаза горели тревожным блеском. Надо наконец признать, что Его Высочество сочтет меня интересной, даже выйди я к ним с дочерью босая и растрепанная. И я всегда этим пользовалась. Когда-то, будучи значительно младше Ангелины, я шутя заставляла второго наследника играть со мной в прятки и левитировать по воздуху из комнаты в комнату.

В этот раз братья серьезно схлестнулись и, очевидно, на чьей я стороне. При этом каждый из этих четырнадцати дней надо мной будет маячить угроза разоблачения.

Допустим, Родерик все узнает и, вероятнее всего, не сможет простить. И без того сильная обида перерастет в презрение. Ну что же, переживу! Главное, удержать его от импульсивных поступков.

Еще бы выяснить, что задумал против него Стефан. Он-то лучше Родерика представляет, каким шатким стало равновесие между ними.

Как только король придет к выводу, что младший брат угрожает его власти, то церемониться не станет и попытается его устранить. Быть может, эту черту он уже переступил.

Гретхем, мои девочки, потуги вывести женское образование на новый уровень и добиться того, чтобы магичек, да и остальных девушек, принимали на государственные посты — все отступало на второй план. И какой, кстати, прок от репутации на пороге гражданской войны? Страна может расколоться надвое, а я собираюсь делать то же, что и всегда. Защищать Родерика, даже если он меня за это проклянет.

В этом случае не в моих интересах позволить Стефану выиграть краково пари. Младший Конрад, конечно, дал мне понять, что вступился за меня из-за чувств, что были в прошлом, а сейчас — я холодна, а ему все равно…

— Вы так хороши, леди Оливия. Просто принцесса из сказки, — восторженно вскинулась Мэри, когда я спустилась. — Наденьте еще ту диадему, что вам подарили в прошлом году, когда вручали орден Фересии второй степени.

— Зачем же. Это обычный обед, а не королевский прием.

Как только я это сказала, вдруг стало легче.