Незнакомец в зеркале

Свою лучшую роль Джилл играла в постели, где любые фантазии мужчин становились сладостной реальностью. Она тщательно, словно к спектаклю, готовилась к каждой встрече, читала руководство по восточной эротике, покупала стимулирующие и возбуждающие зелья в секс-шопе на бульваре Санта-Моника. Знакомая стюардесса привезла ей из Китая лосьон с едва уловимым запахом можжевельника. Она научилась массировать своих любовников – медленно, не торопясь, пробуждая желание.

– Лежи и думай только о том, что происходит с твоим телом, – шептала она очередному партнеру, втирая лосьон в грудь, спускаясь все ниже, к животу, к ногам, легкими круговыми движениями. Пальцы едва касались кожи, лаская, гладя, обволакивая…

Когда мужчина начинал испытывать желание, Джилл обхватывала рукой твердеющий член, медленно поглаживала, проводила языком с внутренней стороны бедер до самых пальцев. Потом командовала любовнику повернуться и все повторялось снова. Если же пенис оставался вялым, вставляла его головку в свою плоть и медленно втягивала в себя, чувствуя, как он твердеет. Джилл могла довести партнера почти до оргазма, дать успокоиться и начать снова так, что под конец мужчина получал ни с чем не сравнимое наслаждение, взрыв никогда ранее не изведанных ощущений. Но заботились они только о собственном удовольствии и, получив то, за чем пришли, одевались и исчезали. Никто не приласкал Джилл, не сказал нежного слова, не попытался доставить радость ей, не задержался, чтобы дать возможность почувствовать себя в счастливом оазисе – объятиях любовника.

И те роли, которые давали Джилл все эти продюсеры, режиссеры, ассистенты режиссеров, были лишь ничтожной платой за ни с чем не сравнимый экстаз.

По всему городу пошла слава о Джилл, что никто так не обработает мужчину, как она, и все хотели получить свою долю удовольствия. Джилл никому не отказывала, но с каждым разом в ней оставалось чуточку меньше любви и уважения к себе, их место занимали злоба и ненависть.

Девушка не знала еще, когда и как, но была уверена: настанет день и она заставит этот город заплатить за все, что с ней сделали.

Джилл сыграла во множестве рекламных роликов, кино и телефильмов. Она появлялась в роли секретарши, произносившей: «Доброе утро, мистер Стивенс», няньки, успокаивающей родителей: «Желаю хорошо провести время, не беспокойтесь, я вовремя уложу детей», лифтерши, объявляющей: «Следующий этаж – шестой», и девушки в лыжном костюме, кокетливо признающейся: «Все мои подруги курят “Данхилл”».

Но ничего не изменилось. Джилл по-прежнему оставалась безымянным лицом в толпе.