Незнакомец под луной

И кузине Саре, и, возможно, новой родственнице Джоселин, и она очень любила Джемму жену кузена Колина, так что, возможно, рассказала бы и ей. И просто необходимо было бы рассказать Трису потому что тот был другом миссис Уингейт.

– Может быть, – пробормотала она тоном, заставившим Трэвиса улыбнуться.

– Если это дом твоего кузена и мама живет рядом, наверное, ей было трудно прятаться от тебя.

– Но ей это удалось, – возразила Ким, не пускаясь в подробности о том, сколько раз Люси Купер сбегала от нее. Джесса недолго жила в доме миссис Уингейт, и каждый раз, когда приходила Ким, Люси таинственно исчезала. Неужели бедняжка пряталась в чулане для метел? Но как бы там ни было, одно Ким знала наверняка: это ее мать посоветовала Люси не показываться Ким на глаза.

Но сейчас Ким хотелось отвлечь от себя внимание Трэвиса.

– Твоя мать здесь из-за мужа?

– Да, – вздохнул Трэвис, откинувшись на спинку скамейки. Немного помолчал и улыбнулся ей.

– Я задерживаю тебя? Мешаю побыть с родными и друзьями? Ма говорила, что в Эдилине все друг другу родня.

– Ну, не все, но почти, – кивнула Ким.

– Это платье… невесты? – взмахнул рукой Трэвис.

– Я была подружкой невесты.

– Вот как? Означает ли это, что ты не замужем?

– Ни разу не был женат. Работаю на отца. Заключил сделку: пока я работаю на него, он оставляет в покое мать.

Трэвис говорил ей то, о чем раньше предпочитал молчать, но слова словно сами лились с языка.

– Звучит не слишком приятно, – покачала головой Ким. Ей снова хотелось потянуться к его руке, но она не посмела. Не могла представить себя в подобной ситуации, но думала… как… как героически и благородно повел себя Трэвис, пожертвовав собой ради матери. Кто еще так поступит в наше время?

– Похоже, мать хочет выйти замуж, хотя все еще не развелась с моим отцом.

– И в чем проблема? Пусть разведется.

– Да. Но если подаст в суд, отец узнает, где она, и сделает все возможное, чтобы сделать ее жизнь весьма неприятной.

– Знаю. Меня не развод беспокоит, а то, что начнется потом.

– Не понимаю, – недоумевала Ким. Оркестр играл последний сет, и она слышала смех и крики. Интересно, научился ли Трэвис танцевать?

– Тебе можно довериться? – вырвалось у него. – То есть довериться по-настоящему? Я не привык исповедоваться.

Каждое слово, казалось, вырывалось из сердца. Это Ким, взрослое воплощение маленькой девочки, изменившей его жизнь.

– Да, – сказала она, ничуть не солгав.

– Жесток, – договорила за него Ким и плотно сжала губы.

– Да, ко всем, кто слабее, а у матери очень мягкий характер.

– Джесса ее обожает.

– Мама упоминала о ней. Та молодая женщина, которая жила в соседней квартире.

– И она сегодня вышла замуж. Полагаю, ты знаешь, что Джесса и твоя мать – большие друзья. Они работали вместе, шили вместе.