Незнакомец под луной

Сейчас он нуждался в чьем-то обществе, в ком-то, кто смог бы избавить его от прилипшей к нему вони Бормана.

– Договорились, но я сяду за руль, – сказал он.

Рассел издал что-то, похожее на фырканье.

Еще через два часа, вернув кольцо, они почти добрались до Эдилина. Вел машину Рассел. По дороге они почти все время молчали, и Трэвис уже не чувствовал исходящей от Рассела неприязни.

– Как по-вашему, под каким именем знает вас мисс Олдредж?

– Она не спрашивала, а я не говорил.

– Ничего не скажешь, хорошие крепкие отношения, – промямлил Рассел.

– А ваша жизнь лучше? – буркнул Трэвис.

– Вот всяком случае, не настолько сложна, – спокойно ответил Рассел.

– Да, вы правы, думаю, пора ей все рассказать.

– Рассказать, почему Борман не явится в Джейнс-Крик? О том небольшом спектакле, разыгранном в библиотеке? Он том, что стали владельцем «Борман кейтеринг»?

– А вы кто? Судья федерального суда? Хотите все факты?

– Просто любопытно, как живет сын великого Максвелла.

Трэвис хотел ответить, но они добрались до дома Ким. На подъездной аллее стояла незнакомая машина.

– Не думаете, что это Борман?

– Я бы так не считал, но с него станется, – пожал плечами Рассел.

– Припаркуйтесь за углом, и я войду через заднюю дверь.

Трэвис вышел и зашагал к дому. Рассел последовал за ним.

– Ма просила помочь, чем сумею. Если это Борман, вам может понадобиться поддержка.

Трэвис знал, что если дело дойдет до драки, помощь ему не нужна. С другой стороны, Трэвис не знал, как Ким отреагирует на то, что он должен ей сказать. И как много он должен ей сказать? Если придется выложить правду о себе, может, стоит открыть правду о Бормане и кольце? Или подождать с новостью о Бормане и покупке его компании, и…

– Так и вижу желтые полосы на вашей спине, даже сквозь одежду. Трусите? – ухмыльнулся Рассел.

– Жаль, что Пенни не проводила с вами больше времени и не научила хорошим манерам, – огрызнулся Трэвис.

– Она пыталась, но была слишком занята работой на вашу семью, чтобы уделять мне внимание.

– Если когда-нибудь захотите сравнить свое детство с моим, я готов.

– У вас по крайней мере был… – начал Рассел, но оба замолчали, услышав гневный мужской голос.

Трэвис поспешил к задней двери, которая, как обычно, была незаперта. Оба скользнули внутрь.

Услышав свое имя, Трэвис понял, что должен уйти, но не мог заставить себя пошевелиться. Рассел, похоже, тоже впал во что-то вроде ступора.

– Ким! Ты спятила? – вопил на сестру доктор Рид Олдредж. – Ты даже не знаешь, кто этот человек!

– Что за глупости. Я знаю его с восьми лет. Он Трэвис…

Она не знала, какую фамилию назвать. Купер или Меррит… или…

– Он Джон Трэвис Максвелл, и его отец – Рэндалл Максвелл.

– И что? Я слышала это имя, но…

– Тебе бы стоило читать что-то, помимо журналов по ювелирному делу.