Незнакомец под луной

Он собирался как можно лучше ознакомиться с обстановкой комнаты, где должен был встретиться с Борманом, так, чтобы все выглядело, будто дом принадлежит Трэвису.

– Контракт будет на письменном столе, – наставляла Пенни. – Мы с Расселом уже поговорили с Борманом. Он жаждет продать дело и думает, что вы так боитесь конкуренции, что заплатите любые деньги, лишь бы вытеснить его из дела.

– Так я и сделаю, – пообещал Трэвис. – Только не по той причине, о которой он думает. Сколько все стоит?

– Рассел сказал, не более сотни штук. И то чересчур. У него слишком много оборудования и слишком мало заказов. На прошлой неделе он использовал дешевую рыбу вместо крабов. Заявил служащим, что никто не заметит разницы. Но мать невесты заметила. Отец отказался ему платить.

– Приятно слышать! – воскликнул Трэвис. – Пожелайте мне удачи.

– Желаю, и можете не верить, но и Расе тоже. Все, что вы делали сегодня утром, смягчило его сердце больше, чем я сумела за всю жизнь.

– Мне он понравился, если не считать того, что иногда смотрел на меня так, словно хотел бы сжечь на костре. Напомнил мне вас.

– Правда? – довольно спросила Пенни. – Увидимся завтра в Джейнс-Крик.

Если все получится, завтра он будет ночевать в уютной маленькой гостинице в соседнем с Ким номере, куда ведет смежная дверь…

Через несколько минут он свернул на большую круглую подъездную аллею поместья Уэствуд и отдал ключи молодому человеку, который его ждал. Если здесь такие порядки, как в доме отца, его машину почистят, помоют и отполируют.

Дверь открыт дворецкий в ливрее. Трэвис поднялся по ступенькам.

– Мистер Пендергаст ждет вас в южной гостиной, – сообщил он и повел Трэвиса в большую красивую комнату с ореховыми панелями и голубым с кремовым ковром. Мебель выглядела так, словно стояла здесь много лет. Старые деньги… Но опытный глаз Трэвиса заметил, что здесь все новое.

– Это больше в вашем стиле, – заметил Рассел, поднимаясь.

– Бросьте это, или я наябедничаю вашей матушке.

Рассел едва сдержал улыбку.

– Мне велено передать, что Борман возьмет двести штук, максимум двести пятьдесят. Но это слишком дорого. Его фургоны много не стоят, да и он сам весь в долгах.

– В библиотеке. Примчался на двадцать минут раньше.

– Не терпится избавиться от всего, верно? Ему уже объявили условия?

– Не терпится убраться поскорее из города. И чтобы ему помочь, я воспользовался маминой карточкой «Америкэн экспресс», чтобы купить ему билет на самолет до Коста-Рики. Счет пришлю вам.

– Бьюсь об заклад, вы наслаждаетесь всем этим, – бросил Трэвис.

Трэвис, покачивая головой, глянул на часы. На нем был лучший костюм и черный галстук в тонкую золотую полоску, до четырех еще три минуты.

– Ваша ма хочет уйти на покой и жить в Эдилине.

– Она и мне так сказала.