Незнакомец. Суровый батя для двойняшек

В черных зрачках стужа и даже толика какого-то отчаянья.

Я же до сих пор не решил, как вести себя с Марией. Игриво-насмешливо или чересчур серьезно. Конечно, всё зависит от того, зачем она вызвала меня на тет-а-тет.

Мария кивает белой гривой волос, и я киваю в ответ.

Ей этого мало! Протягивает мне загорелую ухоженную руку. Надеюсь, не ждет, что я начну расшаркиваться и целовать? Беру ее руку, сжимаю в своей, трясу. Заодно разглядываю обручальное кольцо на руке девушки.

– Супер! Рад, что у тебя всё хорошо.

Маша цепляется взглядом за мои руки, хочет рассмотреть мою обручалку. Но ее нет. И я не намерен объяснять Угрюмовой, куда делось мое кольцо.

Неожиданно для себя самого отмечаю, что мой взгляд прилипает к губам и груди Маши.

Какая же она красивая! Еще красивее и сексуальнее, чем была пять лет назад. Женщина из нее получилась превосходная. Лучший экземпляр!

Но в ней по-прежнему есть тот самый изъян – он Угрюмова, и я это буду помнить всегда. Потому что она и ее батя сломали меня и мою карьеру. Я ушел в отставку и утешаю свои амбиции в бизнесе. Только кайф я теперь не ловлю от работы. Никакой опасности, остроты, одни нервы и нерадивые сотрудники.

– Зачем звала? – спрашиваю, отпуская руку молодой женщины.

– Просто так. Захотелось свидеться, пообщаться. Узнать, как ты. Совесть не мучает…

Обида царапает сердце. Угрюмова решила меня приложить. Вот так сразу, с набега? Тоже мне, предводительница Золотой Орды. Зена – королева воинов. Думает, муж дал денег на бизнес, теперь она – единица общества.

– Я соскучилась, – тихо выдавливает Маша и смотрит на меня. Но мне кажется, что ее взгляд прошивает насквозь, и смотрит прямо в душу.

Девочка, а я думал, ты хочешь разгадать мотивы предательства. Почему двое мужчин предали тебя. Неужели, ты простила???

И не хочешь отомстить виновникам твоих страданий?

Мысленно в тысячный раз виню себя за то, что бросил Машу. Что сбежал от нее, когда бежал на самом деле от себя.

Теряю рассудок. Забываю на мгновение, что Маша – чужая жена. Прижимаю ее к себе, и она не отталкивает, а прижимается страстно к моему крепкому мужскому плечу.

– Я так сильно соскучилась, – шепчет, целуя мое лицо.

Хватаю Машу в охапку, везу к себе.

Глава 21

Мирон

Заниматься любовью с женщиной, с которой спал всего лишь раз в жизни. Пять лет назад, в первую брачную ночь. Это то же самое, что объезжать новый мустанг или пробовать деликатес, о котором ты ни черта не знаешь. То ли это что-то перченое и острое, то ли слишком сладкое. Во всяком случае, не пресное. Это мой мозг помнит."

"Мария зажмуривается, когда я глажу ее бедра. А я хочу, чтобы она смотрела мне в глаза. Хочу знать наверняка, что ей нравится, она кайфует. Почему-то для меня становится значимым моментом этот факт – Маша должна тащиться.