Незнакомец

Возможно, это уже не имеет значения.

— Тебя искала пограничная служба. Как ты оказался за бортом? Я ведь вообще уже ничего не видела.

— Меня со всего размаху огрело мачтой и смело́ за борт, словно газетный лист.

— Ты был без сознания?

— Кажется, нет. В крайнем случае, только мгновение. Но я не мог пошевелиться от боли. Я подумал, что как минимум одно ребро, а то и несколько сломаны. Я болтался во волнам в своем защитном жилете, яхту относило все дальше, а я ничего не мог сделать… — Он снова пожал плечами."

"— А потом? — спросила Инга, в то время как в голове у нее проносились самые разные мысли. ""Где Ребекка? Почему он не пошел сразу ко мне? Почему влез ночью через окно? Что у него на уме?""

— Потом, позже, я снова овладел собой, — сказал ее муж. — Начал снова шевелиться. И поплыл. Я приплыл в малюсенькую уединенную бухту и оттуда пешком добрался сюда.

— Ты был у… ты был у Ребекки? — спросила Инга, стараясь говорить равнодушным тоном. Она боялась, хотя и пыталась внушить себе, что виной этому была лишь ее чрезмерная фантазия, которая рисовала ей ужасные картины. Вовсе не обязательно, что что-то должно было произойти. И совсем не обязательно, что что-то произойдет.

""Но он болен!""

В глазах Мариуса появилась тревога.

— Послушай, Инга, — произнес он, — у нас есть одна проблема.

— Из-за Ребекки?

Мужчина кивнул.

— Я не могу уехать отсюда, пока не привлеку ее к ответственности, ты ведь это понимаешь? Только я надеялся… в общем, я хотел заняться Ребеккой после твоего отъезда. Я уже два или три дня наблюдаю за домом и жду… жду… но ты, по-видимому, решила угнездиться здесь надолго? — Его последняя фраза прозвучала в форме вопроса.

""Он уже несколько дней следил за домом?"" Едва ли Инга могла дольше внушать себе, что этот человек безобиден.

— Завтра, — сказала женщина, — завтра я собиралась… — Она поправилась. — Нет, сегодня… ведь уже наступило сегодня. Мой рейс вечером вылетает из Марселя.

Вид у Мариуса показался его жене несколько озабоченным.

— Значит, я пришел немного рановато… Ну что ж, этого уже не изменить. У меня по-любому появилось подозрение, что между вами сложились… дружеские отношения?

Как Инга могла это опровергнуть? Она ведь все эти дни жила у Ребекки, и если Мариус наблюдал за ними, то он знал, как часто они вместе сидели и разговаривали.

— Мне она нравится, — тихо произнесла женщина, — но ты ведь еще на яхте намекнул, что между вами возникли какие-то сложности. — Она беспомощно подняла руки. — Мариус, ты не хочешь объяснить мне, в чем они заключаются? Я в полном неведении. Дело, видимо, касается какого-то события, произошедшего до того, как мы познакомились; во всяком случае, я ничего не знаю. Я и с Ребеккой об этом говорила. Она тоже не имеет понятия, что ты мог иметь в виду.