Нежность отца подруги 2

 – Ты же замерзла, синяя вся, – добавляет чуть добрее.

Открывает передо мной дверцу и подталкивает в спину. К этому времени я околела и перенервничала так, что мне уже было все равно, что он со мной сделает. Юркнула в салон и захлопнула дверцу.

Старик прибавил обогреву мощности и направил поток горячего воздуха на меня.

– Выпивала в баре с подружкой? – интересуется доброжелательно.

– Да. Права обмывали, – отвечаю неохотно.

– Ого-го! Они у тебя с собой? Покажешь?

Молча достаю из кармана карточку и протягиваю ему. Смотрит внимательно на фотку и комментирует:

– Красавица. Поздравляю! Как насчет легкого ужина в ресторане?

– Спасибо, я не голодна. Вы обещали домой меня довезти.

– Обещал, значит, довезу.

Мочевой пузырь подает мне сигналы бедствия. Игнорирую его, как могу, но все равно ерзаю на сидении. Это не ускользает от внимательного взгляда Вострикова старшего.

– Что такое? – спрашивает.

– Я в туалет хочу, – вынужденно признаюсь. – Пива выпила много.

– Ох, что ж ты сразу не сказала? – смотрит по сторонам, выискивая место, где я смогу спасти от разрыва свой орган.

Подъезжает к какой-то кафешке и ведет меня внутрь. Боится, что сбегу, как в прошлый раз? Надеюсь, хоть в кабинку за мной не попрется."

"Остается у барной стойки и что-то заказывает. Я бегу сломя голову в уборную, устраиваюсь на относительно чистом унитазе и облегченно выдыхаю, услышав журчание. Фух, успела.

Выхожу из туалета и подхожу к Михаилу Петровичу.

– А я нам выпить заказал, – говорит он.

– Спасибо, я больше не буду. Мне хватит.

– Отмена, – показывает бармену ладонь и оставляет щедрые чаевые за беспокойство.

На улице у меня мелькает мысль убежать от него, но я тут же ее отбрасываю. Я замерзла, устала и хочу спать. Слишком насыщенный день для моей нервной системы.

– Может заехать в КФК и купить тебе кофе с гамбургером? – спрашивает мужчина.

– Нет, не нужно ничего, – отвечаю вяло. Меня просто вырубает в сон. В машине слишком жарко, и от этого разморило. Скажи он мне сейчас, что собирается меня жестко изнасиловать, я отвечу: только дайте сначала поспать.

Где-то на подкорках сознания возникает образ Ростислава. Как долго меня будет мучить факт, что он спит с Ингой? Я еще тогда чуяла, что эта хищница вернет его себе. И оказалась права!

Замечаю, что Михаил Петрович едет правильной дорогой, никуда не сворачивает. До дома осталось совсем чуть-чуть, надеюсь, он ничего не выкинет. Ведь Тепляков предупреждал не садиться в джип на за какие коврижки. Я бы и не села, если бы не находилась на другом конце города замерзшая и с полным пузырем.

– Ксюшенька, скажи честно, ты меня боишься? – проникновенно спрашивает старик.

– Я просто не понимаю, чего Вы от меня хотите, – пожимаю плечами. – И меня пугает Ваша настойчивость.