Нежное создание (СИ)

В опасной близости от камина стоял обеденный стол, накрытый ковровой скатертью. С длинной шёлковой бахромой и сложным рисунком жёлто-зелёно-розовых тонов, она была единственным ярким пятном среди тёмно-коричневой полированной мебели.

Обитые тиснёной кожей стулья стояли вдоль стены.

В углу громоздилась кровать-шкаф, в котором спит мать Руз. Ника в этом не сомневалась. Здесь же её туалетный столик в виде маленького шкафчика с зеркалом и подсвечниками по краям. На столешнице щётки для одежды и волос, шкатулка для шитья, пудреница, духи, ларец чёрного дерева, инкрустированный перламутром.

Оглянувшись по сторонам, Ника убедилась, что за ней никто не наблюдает, и заглянула в ларчик. Ни бриллиантов, ни тяжёлых бесценных ювелирных комплектов с драгоценными камнями не увидела. Лишь скромные жемчужные серьги, браслет, неброская брошь с янтарём, кольцо и серьги с рубинами, пара витых браслетов. Возможно, основные ценности лежат в другом месте, но что-то подсказывало Нике, что их нет — проданы или заложены. На пальцах Руз нет ни одного самого тоненького колечка, в проколотых ушах нет серёжек. На госпоже Маргрит украшений тоже нет.

Ника подошла к платяному шкафу с сильно выпирающим изогнутым карнизом. Погладила створки, украшенные рельефной резьбой со сложными растительными мотивами.

Буфет, комод, сундук, широкая скамья не уступали в богатстве отделки шкафу и изготовлены в едином с ним стиле.

В буфете — антикварный сервиз из тончайшего голубого китайского фарфора. Антикварный для Ники, его страшно взять в руки.

На стенах картины в богато декорированных рамах. Над камином большое полотно кисти Якоба ван Рёйсдала «Замок в Бентхайме»."

"«Не копия, оригинал!» — по телу Ники пробежал озноб. Невероятно, но факт!

В этом времени возможно всё!

Картину модного нынче художника, которой спустя триста пятьдесят лет станет гордостью нации, может купить любой, кому она будет по карману.

Сейчас она не имеет исторической ценности — картина, которая будет украшать зал музея или станет бриллиантом для владельца частной коллекции.

Ника прошла вдоль других полотен, имён художников которых не знала. Сколько их было безвестных, но не менее талантливых, не сумевших пробиться в жизни? Сколько картин пропало или приписано тем мастерам, у которых учились безымянные художники, переняв стиль их письма.

Прямые солнечные лучи не касались картин и поверхности мебели — нижнюю часть высоких узких окон закрывали ставни. В погружённой в тень гостиной сквозь частый оконный переплёт падал дневной свет. В нём тускло блестел шар на конце начищенной медной двухуровневой люстры. С множеством рожков со стаканчиками для свечей, тяжёлая и изящная, она свисала с высокого потолка на металлическом тросе.