Нежное создание (СИ)

На его помощь не рассчитывала — хромой, неуклюжий и прочее.

Покосилась на его широкие плечи. Отметила, что кэптен не в военной форме, а в обычной одежде богатого бюргера: кафтане, белой рубашке с модным кружевным воротником, тёмных штанах, высоких сапогах с отворотами.

Трость не та, с которой он утром приходил в дом Ван Вербумов. Коричневая, лаковая, тяжёлая, из дорогой породы дерева, с толстым наконечником и крупной изогнутой рукояткой, инкрустированной серебром.

Сквозняк донёс густой аромат мужского парфюма: смолистый сосновый, терпкий, горьковатый. Приятный.

Ван дер Меер, скорее всего, собрался выйти. Красивый, недосягаемый, чужой.

— Может, поговорим немного? — сказала Ника, следя за реакцией Адриана.

Он молчал. Его верхняя губа подрагивала. Во взгляде читалось недовольство и неприязнь.

— Ты должен меня выслушать, — нащупывая очередную монету, Ника напористо оттеснила плечом ногу мужчины, вынудив его немного подвинуться.

Молчание. Лишь слабый, поверхностный вздох и едва заметное нетерпеливое качание головой при виде отвоёванных нескольких дюймов его личного пространства.

«Ответь мне. Одно слово!» — молила Ника мысленно. Дай мне уцепиться хоть за вздох, хоть за чих, хоть за что-нибудь! Дай завязать разговор! Дай мне шанс спасти тебя, если у меня ничего не получится!

Нику не смущало, что она ползает перед мужчиной на коленях. Она подбирала монеты, бросала их в открытую шкатулку, двигая ту по полу дальше от двери.

— Выслушай меня, — полшага-полползка вперёд.

Столько же проделала шкатулка, сухо чиркнув дном по ледяному мраморному полу коридора. Полы накидки путались под руками, мешали продвигаться вперёд, капюшон сбился набок. Если бы удалось сбросить с себя эту хламиду, то дело пошло бы быстрее.

Ника задела плечом колено кэптена, собираясь проползти дальше, но он выставил трость, лаковый шафт которой наглым образом упёрся в её лоб.

— Уходи, — глухой голос Ван дер Меера в тиши коридора прозвучал зловеще и угрожающе.

Бинго!

— Видишь, я перед тобой на коленях, — Ника подняла лицо и робко улыбнулась. — Прошу тебя о снисхождении. Выслушай меня.

Смотрела в его глаза в надежде увидеть хотя бы намёк на смягчение, но не видела ничего.

Почему же ей так плохо? Она же была готова к «радушному» приёму и не рассчитывала на продолжительный разговор! Была готова даже к тому, что Адриан схватит её за шиворот и вытолкнет за дверь.

«Ван дер Меер не простит. Никогда и ни за что», — накрыл леденящий кровь страх потери. Засел в сознании гвоздём. А разум верить отказывался.

Хотелось снять с себя вину, объяснить, почему Руз поступила так, а не иначе.

Хотелось понимания и поддержки.

Хотелось прощения.