Нежеланный ребенок мажора

Не знаю, каким образом, но понимаю, что дело касается меня. Черт, что я могла натворить? Тут же себя ругаю. Чего всполошилась? Вряд ли дело во мне, я слишком ничтожна, чтобы моей персоне в этом доме уделили внимание.

Остаюсь на месте и жду развязки событий. Голоса приближаются. Тяжелые шаги звучат сначала в коридоре, потом доносятся из-за двери. Дробный звук каблучков сестры, ее семенящие шаги вторят шагам мужа. Они оба за дверью в коридоре.

Дергаюсь, когда сестра с шумом распахивает дверь и влетает в комнату.

– Паша! Это Варя беременна, не я! – голосит, сверкая злым взглядом. Не могу понять, что происходит.

– Эляна? – задаю короткий вопрос, пытаясь понять, в чем я виновата. Почему из-за моей беременности разразился скандал?

Стоп! Откуда Павел Петрович узнал?

– Почему я узнаю о том, что член семьи носит ребенка, от охранников и врачей? – меж тем повышает голос хозяин дома. Раздается стук. – Тимофей! Открой эту чертову дверь!

Он что, узнал, что его сын сделал мне ребенка? Но как? Это невозможно! Это только моя тайна, никто на всем белом свете не знает. Хотя…

В голове мелькает мысль.

А вдруг кто-то видел нас на той вечеринке?

– Что за…

До меня доносятся ругательства из уст Тимофея. Так и продолжаю сидеть на диване, как будто приросла к нему. Эляна опускается рядом, приближая свое лицо к моему. В ее глазах отражается испуг и ужас.

– Паше доложили, что мы ездили в клинику. Он подумал, что я скрываю от него беременность! Пришлось сказать, что это ты забеременела, – быстро говорит она.

И нет, Эляна не извиняется и не объясняет причину гнева мужа. Скорее, бесится и негодует из-за того, что ей приходится возиться с последствиями моих действий.

– Он злится?

– А незаметно?! – вжимает голову в плечи, когда нас оглушает очередная порция ора. Сын и отец ругаются на повышенных тонах.

– Ты должен был следить за ней! Как ты мог упустить? Я тебя просил, что ли, так много? – бушует Павел Петрович. – Я считал тебя взрослым и ответственным человеком, которому можно поручить присмотр за членом семьи! Она же ребенок! Совсем девчонка! Кто сделал ей ребенка? Ты знаешь?! Говори!

«Фух, вроде пронесло, – думаю я, испытывая волну облегчения. – Никто не связывает мою беременность с Тимофеем».

Впрочем, от скандала это нас не избавляет.

– Я что, должен был свечку держать? – ожидаемо огрызается в ответ Тимофей. Я даже представляю, как он нагло смотрит на отца, не собираясь брать на себя ни грамма вины. – Я ей не нянька!

– Я тебе покажу не няньку! Заблокирую карты, лишу машины, шмоток, налички! Щенок! Это было мое поручение, Тимофей! Я серьезно дал тебе поручение. И не для того, чтобы ты плевал на него с высокой колокольни! – гремит и гремит громкий голос, от которого, кажется, сотрясаются стены и окна.