Нежеланная дочь

Почему-то мне кажется, что у него это получится лучше, чем у меня.

— Мне нужно умыться, — говорю мужу, вставая.

— Давай, а я позову Дару.

Оборачиваюсь и смотрю на Сережу, совершенно забыв что нужно дышать.

— Сейчас? — Единственное слово дается с трудом. Уверена, что на моем лице написаны все эмоции.

— Не вижу причин откладывать.

Сережа опять прав. Это я боюсь. Боюсь сломать хрупкий мир своего ребенка.

— Хорошо, я сейчас, — твердо говорю и иду в ванную.

Несколько раз умываю лицо холодной водой, но это не помогает. Кожа продолжает гореть, и я чувствую, как полыхают мои щеки. Поднимаю взгляд: в зеркале на меня несчастно смотрит мое отражение.

«Я никогда не была такой жалкой. Нужно собраться», — говорю сама себе. Еще раз плескаю в лицо воду и закрываю кран. Я и так задержалась, не хочу, чтобы меня ждали.

Дочь и мужа нахожу в гостиной. Дарина сидит на боковой спинке дивана, беспечно болтая ногой и рассказывает какую-то историю, которая произошла у них сегодня в школе. Первый раз не могу вникнуть в то, что она говорит. Звонкий голосок звучит радостно и беззаботно, и я могу любоваться ею бесконечно. Произнесенное имя Филиппа заставляет меня вздрогнуть, разрушив очарование момента. Сережа замечает мое присутствие и жестом приглашает сесть. Послушно опускаюсь в кресло напротив. Я хочу видеть лицо Дарины.

— Дара, — Сережа стягивает дочь со спинки и усаживает рядом с собой. — Нам с мамой нужно с тобой кое о чем поговорить…

— Я слушаю, пап, — с готовностью соглашается дочь.

Между ними всегда были хорошие, теплые отношения. Сережа любил Дарину как родную, что встречается в жизни не так уж и часто, и никогда ни за что не ругал ее. Да, собственно, было и не за что. Дарина, в свою очередь, всегда ему доверяла и сейчас с надеждой смотрит на отца.

— Дара, а этот мальчик, Филипп, ты с ним дружишь? — спрашивает Сергей, а я любуюсь им: в нем столько ума и такта. Не каждый педагог обладает такими качествами.

— С Филькой? — удивляется дочка.

— Да.

— Нет, пап, — Дарина пожимает плечами. — С ним почти никто не дружит, вот он и лезет ко всем. А что?

— Понимаешь, доча, так получилось, что Филипп твой брат, — говорит Сергей, а я замираю.

— Это как так? — Дарина хлопает глазками.

— Вот так. Мы с мамой поженились, когда тебе было два года.

Дарина переводит взгляд на меня, я едва киваю, молча подтверждая, что так и есть.

— А почему вы раньше не сказали? — хмурые складочки появляются на детском лице.

— Дарина, мы этого не знали, пока папа Филиппа не пришел в школу, — глотаю ком, вставший в горле, заставляя себя произнести правду.

— Вы не шутите? — переспрашивает Дарина.

— Нет, доча. Это не шутка, — отвечает за меня Сергей.

— А Филь… — Дарина спотыкается и поправляет себя.