Нежданчик для Биг-Босса

Исправительные работы

— Никого мы не похища… — пробует снова выкрикнуть Дарья, на что мне приходится среагировать тигриным броском и впиться ей в рот ладонью. Мягко, чтобы не напугать, но чтобы было понятно, что этот милый ротик должен сейчас замолчать во избежание неприятностей. Огромного масштаба. Быстро перебираю в мыслях возможные исходы ситуации, прокручиваю список знакомых, которые могут помочь, а два сотрудника полиции переглядываются, видимо решая, что с нами делать.

— Ладно, голубчики, посидите сутки до выяснения обстоятельств, и только потом дадим сделать звонок.

— Э, что за самоуправство, начальник? — хрипит очнувшийся Колька, вставая на шатающихся ногах и вцепляясь пальцами в решетку. — На меня смотри, паря, я те говорю, что это Ждан, кореш мой, а не какой-то там похититель младенцев. Ишь чего удумали! Вы его с кем-то перепутали!

— А вы, гражданин, вообще помолчите. Вы когда рот открываете, в помещении дышать нечем, — морщится один из полицейских, а второй перекладывает какие-то бумажки.

В это время раздается звук шагов и маленькое пространство участка заполняет собой высокий мужчина в форме с военной выправкой и с пышными усами, перед которым двое наших старых знакомых становятся навытяжку. Что-то он такое внушает своим видом, почтение, желание выпрямить спину и не напортачить. Явно какой-то большой начальник пожаловал. Дарья высвобождается из моих объятий и отходит в сторонку, заставляя почувствовать нежелание выпускать ее из своих рук. И пустоту, необъяснимое чувство пустоты, словно отобрали что-то важное.

Сконцентрироваться на мыслях не дают переговоры за прутьями решетки.

— Приветствую вас, — говорит пришедший мужчина коротко, оглядывая камеры. — Ну что, ребята? Вы мне бойцов невидимого фронта подкинете сегодня? На уборку территории? — И оборачивается к нам лицом, чтобы гаркнуть: — Ну что, граждане тунеядцы, алкоголики, кто хочет сегодня поработать?!

— Можете всех забирать кроме этих двух, товарищ майор, — отвечает один из полицейских.

— А что с ними такого? — спрашивает, нахмурив седые кустистые брови и буравя нас взглядом.

— Э-э-э, ну-у-у, надо разобраться.

— Пока разбираетесь, они на благо общества потрудятся. Не террористы?

— Нет.

— Не убийцы?

— Нет."

"— Тогда ладно. Короче, давайте, грузите их в бобик — и в парк, на площадь, пусть за такими же, как они, алкашами убирают мусор. А ведь с виду приличные люди! — качая головой, престарелый майор удаляется с чувством выполненного долга, а наши хлопчики-молодчики с облегчением вытирают взмокшие лбы.

— На выход, на выход, — подгоняют нас из камер, выдавая по дороге тычки и оскорбления разного рода. А я терплю, молчу, сдерживаю себя, хоть и с трудом, потому что получил отсрочку.