Неземная гроза

Ее сердце на секунду остановилось, когда она вспомнила слова Тома о мраке, окружавшем Джима Фарли.

— Ты так прекрасна и внутри, и снаружи, — продолжал он. — Ты открыла новый мир для меня!

Лейла испытывала неловкость, так как ей казалось, что Джим возлагает на нее чрезмерно большие надежды. Ее пальцы замерли в нерешительности, ее снова охватило беспокойство, куда же все это приведет.

Зато Джим не испытывал никаких колебаний. Он захватил руками мягкую ткань ее блузки и начал стягивать ее через голову Лейлы. Джим снял с нее лифчик, и ослепительное великолепие ее груди предстало перед его взором. Было слишком поздно отступать. Она должна была теперь идти до конца.

— Какое чудо! — прошептал он, сбрасывая рубашку и не отрывая от нее взгляда.

Лейла тоже смотрела на него. В лунном свете его сильное тело с рельефно обозначенной мускулатурой и совершенными пропорциями античного героя казалось высеченным из мрамора. И хотя она считала, что тело не так уж важно, но не могла не почувствовать волнующего возбуждения при виде мужской красоты. Наблюдая его таким, она верила, что многие женщины согласились бы лечь в постель с ним только ради того, чтобы испытать это возбуждение.

Джим сбросил остальную свою одежду так стремительно, что Лейле не оставалось ничего другого, как последовать его примеру. К собственному удивлению, она не почувствовала смущения, оказавшись перед ним совершенно нагой. Она была уверена, что Джим не станет сравнивать ее с другими женщинами. Она была для Джима особенной. И даже ее тело было здесь ни при чем. Тем не менее, она почувствовала примитивную дрожь удовольствия, заметив, как сильно возбудился он при виде ее обнаженного тела. А может быть, при мысли о ней?

— Такой я тебя и представлял, — сказал он хрипло. — Идеальная женщина.

Она смущенно усмехнулась.

— Я не идеальна, Джим.

— Для меня ты идеальная женщина.

И он поглядел на нее так, что она почувствовала себя бесконечно желанной и больше уже не хотела ни о чем рассуждать. Казалось, ее легким нужно столько воздуха, сколько она не могла вдохнуть. Сердце начало бешеную пляску в груди. Лейла не могла больше выносить этого состояния неопределенности. Она шагнула вперед и обвила его шею руками.

Когда их обнаженные тела коснулись друг друга, их как будто пронзил электрический разряд. Ее плоть затрепетала от возбуждения. Джим откинулся назад как от удара, его тело изогнулось, подобно натянутому луку, и, шумно выдохнув воздух, грозивший разорвать его легкие, он в неистовом порыве притянул ее к себе.

— Лейла!.. — Это был стон боли, сорвавшийся с его губ, когда он наклонил голову к ней.