Незавидный холостяк

Но почему тогда у меня такое ощущение, что это конец света?

Если он и правда поехал в полицию, то надо его остановить!

– Ты где? – спросила я Андрея, когда он отозвался в трубке.

И тут же прозвенел звонок в квартире.

– Открывай, – буркнул брат, и я метнулась в коридор.

Он не стал заходить. Просто воздвигся на пороге, сложил руки на груди и мрачно смотрел на меня.

– Ей-богу, не был бы так рад, что жива, прибил бы сам, – заявил Андрей.

– Ну все, хватит… – пробормотала я. – Я уже все поняла, прости.

– Прощения у матери проси!

– У нее и попрошу.

– Где ты была? С кем!

– Андрюш, не увлекайся, – попросила я устало. – Мне завтра на работу, сегодня еще куча дел, совершенно нет времени на полноценный родственный скандал. Давай перейдем к финалу – где я все учла и больше так не буду.

Но ему было мало. Андрей подсобрался и даже засиял как-то. Неужто Сенька, любимый мой племяш, – такой ангелочек, что не дает ему даже отцовским гневом похвастаться?

– А если бы я вот так пропал? Ты бы тоже успокоилась одним моим «прости», да? Или устроила бы мне полный разбор полетов? Ты понимаешь, что вообще наделала!

– Помнишь, как ты на втором курсе умотал на месяц в Лисью Бухту? – намекнула я.

– Это другое! Я был студентом и балбесом, а ты взрослая женщина! – парировал он.

И очень зря.

Потому что за последний месяц я изрядно переосмыслила все эти «взрослая женщина должна».

– Или я взрослая женщина, Андрюш, – и тогда не твое дело, где я была и с кем, – проговорила я, глядя ему в глаза. – Или не взрослая – тогда давай меня тоже простим, потому что, будем честными, половина маминой седины – твоя заслуга. А я еще даже не начинала зажигать.

– Хочешь, чтобы к тебе относились, как к подростку? – набычился Андрей.

– Нет, хочу, чтобы меня не отчитывали, как маленькую!

Он так и стоял в проеме двери, слегка наклонив голову и вглядываясь в меня налившимися кровью глазами. Но потом расплел руки, уронил их вдоль тела и покачал головой.

– Эй, Варька, Варька… – вздохнул брат. – Я думал: какая ты у меня хорошая сестренка. Выросла ответственная, умная. А ты… Ты меня так разочаровала, Варь.

Разочаровала! Я!

Нефиг было очаровываться!

В этот момент я как никогда остро поняла реакцию Кира на попытку запихнуть его в «коробочку с ярлычком».

Вот я, Варя, хорошая дочь, добрая сестра, приличная женщина. Поэтому мне нельзя все то, что можно Андрею – «балбесу и оторве, маминому горюшку». Если бы он пропал с радаров, никто бы не стал волноваться и тем более отчитывать его, как маленького.

– Как-нибудь постараюсь пережить, – ответила я. – Все, я спать хочу.

И я, подождав, пока он уберет ногу с порога, аккуратно прикрыла перед ним дверь.

Проходя обратно на кухню, я пнула жалобно звякнувший чемодан.