Незавидная невеста

Но пусть я понимала, что волноваться мне не из-за чего, и что до окончания отбора оставалось всего ничего… Еще пару часов, и все закончится, после чего мы с Джеймсом будем свободны, но все равно мне было почему-то тревожно.

Вот и сейчас, стоя на ветру, я пыталась понять, что именно меня беспокоит. Небо казалось совершенно безоблачным. К тому же, я видела, как зажигались огоньки на кораблях сопровождения, покачивавшихся на волнах неподалеку от нас.

Но я все равно не могла отделаться от ощущения, что на нас надвигалась гроза.

Нет, не тучи, а внешняя угроза, справиться с которой будет совсем непросто.

Покачала головой, пытаясь себя разогнать тревожные мысли. Ведь все же только началось налаживаться!..

Я с нетерпением ждала приезда младшего брата, за которым Джеймс снарядил целое судно, отправив на Хокк магистра Уффорда и двух Высших Магов, чтобы те по прибытии моментально оценили состояние Оливера, и, если понадобится, в срочном порядке помогли ему с лечением.

К тому же, вместе с магами я передала на Хокк два письма. Первое было адресовано Олли, в котором я объясняла брату, что бояться ничего не стоит, и что я жду-не дождусь его в столице.

Потому что в нашей жизни все изменилось в лучшую, даже великолепную сторону!

Я выхожу замуж за прекрасного человека, которого люблю всем сердцем. Жить мы будем вместе, в новом доме — Джеймс успел показать свой особняк, заявив, что после свадьбы мы сразу же в него переедем.

Второе письмо я написала дяде, изложив в нем то, чего мне удалось добиться в его деле до этого момента. Начала с приятных для лорда Корнуэлла новостей, написав, что его старый враг Маклахан задержан и помещен в тюрьму.

Да-да, за свои ужасные преступления!

Выяснилось, именно с его подачи и на его кораблях в Арондел ввозили Желтую Смерть, а потом распространяли по всему королевству. Длилось это несколько лет, но в последние месяцы приняло совсем уж огромные масштабы, что повлекло за собой множество жертв.

Уверена, за Маклаханом водились и другие грехи — например, участие в старом заговоре пятилетней давности и подготовка нового. Но он упрямо все отрицал, хотя доказательства его причастности были налицо. Именно из-за этого молчания мы еще не знали всех организаторов заговора и к нему причастных.

Но дело продвигалось — частично в этом помогло досье Жиля, остальные успели раскопать ищейки Джеймса.

Про Жиля писать дяде не стала, не захотев рассказывать о своей связи с Братством Голодных. Мне хватило и сложного разговора с Джеймсом, который, впрочем, завершился поцелуем и очередным признанием в любви.

От дяди поцелуев и признаний я не ждала, поэтому добавила, что молчание Маклахана продлится недолго. Очень скоро тот заговорит, рассказав обо всем, что уже совершил и что только планировал провернуть.