Незапертая дверь

Видите ли, ей захотелось зимнего леса. Он заказал, он никогда ей не отказывал. Теперь неудобно – сама попросила. Зачем обижать человека? Да и что он ей сделал плохого?

Итак, второго января, перед отъездом, она скажет ему о своем решении. Или в машине, поближе к Москве? Да, так будет проще: «Дим, извини, но я домой. В смысле, к себе. Почему? Прости, Дим, я думаю, что нам лучше расстаться. Дело не в тебе – дело во мне. Или в нас двоих. Тебе не кажется, что мы не очень друг другу нужны? Молчишь… Значит, согласен. Ну и отлично, меньше проблем! Спасибо тебе за все! Нет, правда, все было прекрасно!»

Авария случилась под самый Новый год, тридцатого декабря. Черт ее понес за город, в этот дурацкий совхоз за елкой! Хотела Марусе елочку нарядить. Идиотка! А то этих елочек нет в Москве!

Первая мысль, которая пришла в голову, когда Анна очнулась: «Слава богу, Маруська со мной не поехала! А все остальное – фигня».

Оказалось, далеко не фигня. Травмы были такие, что страшно читать: разрыв селезенки, перелом ребер, трещина в бедре, перелом левой руки, множественные гематомы и куча другого. Слава богу, не пострадали позвоночник и голова!

Четыре операции, год по больницам. Мать прилетела на две недели. На две недели!

– Дольше не получается, – пряча глаза, сказала она. – Йорган вывихнул ногу. Вы как будто договорились – вместе и разом!

– Ты шутишь? – спросила Анна. – Забери Марусю, – отвернувшись к стене, сказала она, Анна. – Пожалуйста, забери.

Оказалось, что у Маруси закончилась виза. Спустя две недели мать улетела. Марусю забрал Калеганов. Отец позвонил, повздыхал и отправил Анне пятьсот долларов.

Бывшему мужу Анна не дозвонилась – абонент сменил номер.

А больше звонить было некому.

По большому счету, ей было не до Маруси. Ей было ни до кого. Потому что было очень плохо. Под обезболивающими, капельницами и снотворным она все время спала. Но боль не отпускала, только притихала на время, ослабляла хватку, давала небольшой передых.

Что ее ждало впереди? На этот вопрос ответа не было. Калеганов приходил ежедневно. Платил врачам и медсестрам, нанял сиделку, приносил деликатесы. Иногда брал с собой Марусю. Та смотрела на мать перепуганными глазами и тихонечко, как маленький щенок, подвывала. Сердце разрывалось от боли.

Медсестры завидовали: «Вот повезло! Нежадный, внимательный и заботливый! А с дочкой как хорошо!»

Она молчала. Ей было все равно, кто что скажет и что подумает. Как она могла опять так влипнуть? Ситуация глупая и невозможная. Маруся у Калеганова. Калеганов оплачивает врачей и сиделку. Калеганов ходит в больницу и носит еду. Калеганов, по сути, чужой человек. Калеганов случайный любовник. Калеганов, с которым она хотела расстаться сразу после Нового года. Ирония судьбы. Злая шутка. Очень злая.