Шолохов. Незаконный

Советский Союз, считал он, не должен огорчаться, что книги советских писателей любит эмиграция. Мы должны радоваться, что советские писатели обыгрывают эмигрантскую литературу на её территории. Белогвардейцы, купцы, буржуазия, дворянство, беглое казачество и члены царской фамилии предпочитают Шолохова и Толстого – Мережковскому и Зайцеву! Это победа.

Порой кажется, что в сталинском выборе таилось нечто большее, о чём тогда из числа сведущих людей никто не рискнул бы не то что сказать, но даже помыслить.

Если взглянуть на литературный канон 1937-го, многое кажется поразительным.

С Шолоховым и Толстым всё ясно: биографии не без пятен.

Валентину Катаеву предоставили честь представлять Шолохова, внеся тем самым и его самого в число наиболее значимых писателей. Но Катаев, согласно упорно ходившим слухам, в Гражданскую войну служил сначала у Скоропадского, потом в Добровольческой армии, где стал чуть ли не штабс-капитаном, а потом ещё был арестован в Одессе за участие в подпольной белогвардейской организации. Чудом избежал расстрела, отсидев полгода. О чём, не слишком таясь, рассказал в опубликованной повести «Отец».

Леонид Леонов до 1920 года находился в Архангельске, публикуя в архангельской прессе ругательные статьи про большевиков и панегирические про английских и французских союзников. В 1928 году он написал повесть «Белая ночь» – про крах Белого движения в Архангельске. А про Красную армию ничего толком не написал. Потому что в Белой армии он успел послужить прапорщиком, а в Красной был лишь редактором фронтовой газеты.

Константин Паустовский в Киеве был призван в петлюровские войска. И только потом уже – в Красную армию.

Всеволод Иванов в Омске в 1919 году работал в колчаковских газетах. Сталину очень нравилась повесть «Бронепоезд 14–69» о борьбе сибирских партизан. Но Иванов знал об этой борьбе вовсе не потому, что был среди партизан, а потому, что был среди колчаковцев.

Или, скажем, Пётр Павленко. Ещё в 1936 году в секретной справке НКВД сообщалось: есть подозрение, что в 1919 году, в Баку, советский писатель Павленко служил у белых. Когда ему предложили выехать в Баку, чтобы найти документы, подтверждающие его партийный стаж с 1919 года – он едва не покончил жизнь самоубийством. От поездки в Баку увильнул.

А Михаил Булгаков? Ещё один белогвардейский недобиток – военный врач 3-го Терского казачьего полка Белой армии. Спектакль «Дни Турбиных», сколько ни пытались его запретить, так и шёл в Художественном театре. И без участия Сталина здесь не обошлось.

Сталин вернул из эмиграции Александра Куприна. Того самого, что в 1919 году, с приходом в Гатчину белых, поступил в чине поручика в Северо-Западную армию и написал повесть «Купол св.