Шолохов. Незаконный

Читая его, видишь, что это писатель-коммунист, глубоко преданный великому делу строительства бесклассового социалистического общества. Это делает его особенно близким и дорогим нам. Вот почему с глубокой радостью принимаешь известие о включении Михаила Шолохова в число членов Центральной избирательной комиссии».

На той же полосе – фрагмент из четвёртой книги «Тихого Дона», с объявлением: продолжение романа начнут публиковать в «Новом мире» с одиннадцатого номера.

Посреди полосы – огромная фотография молодого, красивого, очень серьёзного Шолохова.

До сих пор подобные почести воздавались только Горькому.

17 октября в газете «Правда» вышла новость: «Жители станицы Вёшенской – родины члена Центральной избирательной комиссии писателя М. Шолохова – активно готовятся к выборам в Верховный Совет СССР. В 18 избирательных участках района ведут пропаганду по выборам 189 пропагандистов. Лучшие агитаторы – учителя-коммунисты Сенин и Кривошлыков».

Мрачный юмор ситуации состоял в том, что один вёшенский учитель-коммунист носил фамилию белого офицера и прототипа Половцева в «Поднятой целине», а другой – фамилию большевика и героя «Тихого Дона».

В том же номере – стихи Сергея Михалкова: «Я – гражданин восемнадцати лет, / Я выбираю в Верховный совет. / Выбрать по праву доверено мне / Лучшее имя в Советской стране. / Кто он, которого выберу я? / <…> Преданных партии выберу я. / Партия Сталина – совесть моя!»

В номере «Правды» за 21 октября начинают объявлять кандидатов в Верховный Совет. О выдвижении Иосифа Виссарионовича Сталина объявила мастер лампового завода Славнова: фамилию подобрали идеальную. Молотовский избирательный округ Москвы – выдвинул Молотова. Пролетарский избирательный округ Москвы – ударницу труда Прасковью Никитичну Пичугину. Три эти фамилии были на первой полосе «Правды».

На следующих полосах шли: Жданов, Калинин, Ворошилов, Хрущёв, Каганович, крестьянин-колхозник Василий Семёнович Сидоров, Герой Советского Союза Василий Сергеевич Молоков, ткачиха Матрёна Кузьминична Симонженкова.

Началась избирательная кампания.

На следующий день были освобождены Луговой, Красюков и отказавшийся от данных под пытками показаний Логачёв. Ежов не нашёл достаточных оснований, чтоб оставить Тихона Андреевича в тюрьме.

«Железный нарком», как тогдашняя пресса величала Ежова, придумал, как минимизировать риски в связи с освобождением вёшенцев.

Если немедленно отпустить домой всех троих, слишком много всего вскроется в станице Вёшенской. Сколько людей успели там арестовать! Скольких выгнали из партии!

Как, в конце концов, посмотрят освобождённые самим товарищем Сталиным Луговой, Красюков и Логачёв на Капустина, Виделина и Кравченко? На предавший их актив?

Они ж всех разгонят.