Шолохов. Незаконный

Теперь от его вертикального взлёта перехватило дыхание: бывает же!

К тому же посмотрите, как этот юный и зелёный гнёт свою линию: уже третья книга началась, а он Григория своего так и не привёл к большевикам! Кто ему право дал? Каким образом этот хват всех обхитрил и в дамки угодил?

Впервые будто бы лёгкая тень промелькнула во всё той же ростовской газете «Молот».

В номере от 11 декабря 1928 года за подписью Ю. Юзовского был опубликован вполне себе комплиментарный отчёт о литературном вечере Шолохова. Рецензия, где «Тихий Дон» был назван «грандиозной эпопеей» завершалась риторической фразой: «И такой размах – в 23 шолоховских года!?»

На самом деле автора звали Иосиф Ильич Бурштейн. Родился он в 1902 году в Варшаве, находившейся в составе Российской империи. В 1919 году приехал в Ростов-на-Дону. Выступал в печати как театральный критик, хотя такое событие, как приезд знаменитых литераторов упустить не мог. Ничего плохого он, скорее всего, не хотел сказать. Однако поставленный вопрос вполне мог попасться на глаза критически настроенному человеку и зацепить, как репейник: «Нет, ну а действительно, как так?»

Первые слухи появились зимой 1929-го.

Поначалу говорили так: Шолохов не тот, за кого себя выдаёт. Слишком серьёзное знание фактуры давало возможность предположить, что он – бывший белогвардеец.

Скоро появились подробности: он – подъесаул Донской армии и работал в контрразведке.

Из этого предположения вырастет позже версия о том, что Шолохов уменьшил свой возраст на несколько лет: чтоб избегнуть даже предположений об его участии в Гражданской войне.

Уже эта версия заводила Шолохова в известный тупик. Возраст свой доказать он мог, но объяснить откуда ему известны многочисленные подробности, было уже сложней. Ему неизбежно пришлось бы так или иначе указывать на свои источники.

– Аникушка? Это ж наш каргинский сосед Аникей Андриянович Антипов, 1888 года рождения. Братья Шамили? Да там же проживают, в Каргинской, на соседней улице…

– Ах, они там проживают, Михаил Александрович? А давайте-ка их сопроводим в ГПУ на разговор?

И вот Аникушка и оставшиеся в живых Шамили отправляются вслед за Харлампием Ермаковым.

Судьба иных персонажей Шолохову была просто неизвестна. Одни умерли, другие оказались в эмиграции, а третьи могли жить в соседнем хуторе и не догадываться о том, что их описали в книге.

Кто-то из этих героев действительно мог являться активным участником Вёшенского восстания. А кто-то, нося имя персонажа, мог не иметь ничего общего со своим двойником в романе. Но при должном внимании ГПУ человеку пришлось бы доказывать, что он и названный его именем герой не идентичны. А если бы и доказал, то в процессе допросов у него могли бы выявиться иные грехи.